28 июля 2006 №30 (426)
     Культура

Дина Альчимбаева, Алия Адамбаева
По-новому о старом

Кто-то из великих говорил, что для того, чтобы узнать народ, нужно познать его культуру.
Культура - это зеркало диалога времен, это наше лицо...
А каким оно будет выглядеть через пару-тройку лет?

Количественное число исторических памятников и архитектурных построений с каждым годом все меньше и меньше. Страна модернизируется, идет в ногу со временем, но историческое лицо, к сожалению, постепенно стирается. Лишь изредка случаются такие события, о которых мы сегодня разговариваем с вице-президентом Союза дизайнеров Казахстана Алмасом Ордабаевым.
- Сейчас мы работаем над памятником, посвященным двадцатилетию декабрьских событий. Это, конечно, большая честь, и тема очень интересная.
- Где планируется воздвигнуть монумент?
- В районе площади Республики в Алматы. Кроме того, в прошлом году мы занимались, а в этом защитили большую дизайнерскую программу по реорганизации центра города Алматы. В этом проекте мы сделали зонирование территорий, выделили историческую часть. Прописали регламент - отношение к исторической части.
- Что касается исторической части... Правда ли, что монумент, поставленный казахским воинам, которые сражались против джунгарского нашествия, имеет скрытый подтекст? Как возникла идея создания?
- Идея достаточно проста. Меня всегда привлекали памятники в честь военных исторических событий. Но я всегда был противником жесткой конфронтации - унизить одних и излишне восславить других. Тем более, работая в процессе съемок фильма “Кочевник” в качестве консультанта, я прочитал огромное количество литературы об этих событиях. Мне стало понятно, что очень резкой и принципиально культурной разницы между казахами и джунгарами не было. Безусловно, это были разные роды, но говорить, что одни были извергами и жестокими людьми, а другие - святыми ангелами, я считаю, неправильно. В любом случае мы должны помнить имена наших славных батыров, знать историю, а следовательно и культуру своего народа. Узнать и вспомнить все это как раз-таки и помогают такие вот строения.
Памятник представляет собой две стеллы: та, которая повыше, олицетворение победителей в этой схватке, то есть казахского народа, а вторая - джунгаров-кочевников, имеющих схожие идеалы и устремления с нашим народом.
Известно, что по всему Жетысу остались памятники, напоминающие о долгом их существовании на этой территории. Это названия сел, такие как Каскелен и Нарынкол.
Памятник является почитанием геройству этих батыров. Я сам много узнал от наших дедов и прадедов, которые потерпели немало от джунгар. Я принадлежу к роду Заныс, он был согнан в Шымкентскую область и даже до Ташкента.
Кроме того, из исторических источников я узнал, что джунгары тоже были вытеснены китайцами. Это не злая воля жуткого завоевателя. Нельзя сопоставлять джунгар с фашистскими захватчиками. Это типичная судьба кочевого народа. Памятник является попыткой прославить оба народа в равной степени. Нельзя, чтобы наши потомки смотрели на памятник, как на что-то черное и белое.

Справка “НП”
Алмас Ордабаев родился в 1938 году в городе Новосибирск.
В 1955 году закончил Ленинградский инженерно-строительный институт.
В 1962 году началась архитектурная практика.
Участник многочисленных выставок.
2005 год - в группе с Тимуром Сулейменовым становится победителем на конкурсе “Астана-Байтерек 2005”, в номинации “Дизайн”.
Автор текста к книге “Книга номада”.
Составитель книги К.Ибраевой “Казахский орнамент”.
Автор книги “Казахская юрта”.
На данный момент является вице-президентом Союза дизайнеров Казахстана.

- Говоря о “правильном” наследстве нашим потомкам... Работая консультантом фильма “Кочевник”, испытывали ли вы разногласия с создателями фильма в плане собственного видения каких-то исторических элементов? Имели ли место какие-то нарушения?
- Там работали достаточно профессиональные сотрудники Голливуда. Это блокбастер, где главной задачей является окупаемость. Приоритеты были расставлены, цель - кассовые сборы и зрелищность картины. Поэтому, ради достижения этого, они часто отходили от каких-то конкретных реалий. Конечно, у нас были длительные споры, которые потом все-таки разрешались. Например, для Аблай-хана они придумали трон. Но у казахов не было трона! Это общеизвестный факт. Однако сотрудники Голливуда объясняли это тем, что на земле герои картины будут выглядеть непрезентабельно.
Я считаю, чтобы был подлинный исторический фильм, необходимо соблюдать какие-то определенные моменты. Создатели фильма же говорили, что Голливуд - это студия, которая работает как огромный коммерческий проект, и такие мелочи не главное.
Было множество не совсем соответствующих истории моментов при создании фильма - это утварь, посуда и т.д. Поэтому, если очень подробно всматриваться в фильм, то там есть элементы, которых никогда у казахов не было.
Единственно, что более или менее приличное - это то, что была большая группа наших специалистов по костюмам. Костюмы - это довольно известные сюжеты нашей материальной культуры. Они зафиксированы во многих документах того времени и являются наиболее идентичными истории. Есть, конечно, в картине, если можно так выразиться, и наличие “странных” предметов быта. Все потому, что их формы или образы не сохранились ни в каких исторических источниках.
- Вы как архитектор-дизайнер, участвовавший в проекте “Кочевник”, должны знать, что же стало с огромными, теперь уже “историческими” строениями, воздвигнутыми для съемок картины?
- В Капчагае на самом деле был построен целый город, который до сих пор используют для съемок. Снимались сюжеты для нескольких других фильмов. Например, Тимур Бекмамбетов снял там несколько моментов для фильма “Дневной дозор”. Городище живет и пользуется успехом.

Туристы штурмуют “Туркестан”

- Вы не только архитектор и дизайнер, но и исследователь. Хотелось бы узнать в первую очередь кто вы все-таки больше? Как вы подошли к исследовательской работе?
- Архитектура - моя основная профессия, самая любимая, самая постоянная, я ей больше всего времени и сил отдал, поскольку я начал заниматься архитектурой давно - с начала 60-х годов. Я с детства интересовался историей своей страны. Для меня лично проблема воссоздания исторического лица нашего города стояла довольно рано. Я считаю, что сейчас нет продолжения старых прекрасных средневековых традиций, и поскольку совершенно не было литературы по старому средневековому, древнему и новому времени искусства Казахстана, включая архитектуру и прикладное искусство, то пришлось самому параллельно за это браться. Я организовывал экспедиции, в том числе на Мангышлак, куда мы ездили вместе с Тимуром Сулейменовым. Изучали древние мазары, мечети, остатки дворцов и многое другое. Пришлось самому заполнять эту нишу, включая архитектурный орнамент, и поэтому из моих крупных работ я могу выделить четыре. Это книга о казахском орнаменте, в которой довольно большая часть посвящена архитектурному орнаменту, его семантике, смыслу, построению. Вторая - история казахской архитектуры от древнейших времен до начала двадцатого века. Третья книга посвящена юрте - “Казахская юрта”. Поскольку в процессе экспедиции все время натыкался на родовые знаки казахских племен, родов, то четвертая книга вышла о казахских тамгах. И все это вместе для меня представляет единый объем таких занятий, как проектирование современных вещей, реставрация древних вещей и их изучение, а также попытку внести элементы национальной культуры уже в современность. Причем не буквальное повторение каких-то древних элементов, а попытка найти свой характерный язык современной архитектуры. По ходу этих дел я часто пересекаюсь с дизайнерами, чистыми историками архитектуры или искусства. Допустим, с Тимуром Сулейменовым меня связывает множество лет работы над реконструкцией и преобразованием города Туркестана, включая реставрацию самого мавзолея Ходжи Ахмеда Яссауи и реконструкцию старого поселения.

вернуться назад перейти на главную обсудить в форуме

     О газете
     Контакты
     Подписка
     Письмо
     Поиск