2 марта 2007 №8 (456)
    Исследования

Ирина Гайкалова
Бедная Муза

Похоже, казахстанскому балету грозит судьба туркменского. Артисты ГАТОБа имени Абая не вышли на сцену, чтобы зрители, наконец, увидели подлинный смысл трагедии, которая вершится не в свете софитов, а в реальной жизни

Все случилось спонтанно, никто заранее не планировал бастовать, срывать премьеру, звать прессу и выставлять требования администрации. Как говорят артисты, это был ответ на несправедливость, скорее, эмоциональный, чем рациональный. Поводом послужил, на первый взгляд, не самый страшный факт: почти два месяца артисты не получали заработную плату. В тот день они решили спросить у администрации, когда же получат свои деньги. Говорят, директор театра поначалу попытался от разговора с артистами уйти.
“Артистам было сказано, что директора нет на месте, хотя он находился в своем кабинете, - рассказывает Алексей Сафронов, солист театра. - Позже он все-таки встретился с артистами, разговаривал грубо и никак не попытался сгладить ситуацию”. В ответ артисты не стали одеваться к выходу на сцену. Премьера “Жизель” в тот день не состоялась. Зрителям было объявлено, что спектакль отменяется “по техническим причинам”. “На самом деле это были не технические причины, а вполне человеческие: люди не захотели выходить на сцену”, - говорит Алексей.

Это случилось 9 февраля. 14 февраля артистам все-таки выдали оклад плюс тридцать процентов надбавки, обещанной государством, но надбавок за стаж и мастерство, которые существовали внутри театра, почему-то всех лишили. Получилось, что артисты балета получили меньше, чем гримеры. Эта несправедливость явно не способствует созданию творческой атмосферы, а рождает только злость и разочарование.
Выданная зарплата не решила проблем и не сгладила напряжение.
Конфликт назревал давно, его просто старательно не замечали ни в администрации театра, ни в Министерстве культуры, куда все последние годы артисты пытались достучаться со своими проблемами. Начнем с того, что артисты балета получают от 20 до 34 тысяч тенге в месяц. На приобретение спецформы, в которой надо работать каждый день, уходит львиная доля мизерной заработной платы: одна пара пуантов стоит 1500 тенге, а их нужно как минимум две в месяц, купальник - двадцать долларов и так далее.
Двухмесячная задержка этого отвратительно низкого оклада грозит многим серьезными неприятностями: одни не могут оплатить детский сад, и детей артистов балета отчисляют из детских садов, другие не способны купить лекарства больным детям.
Что говорить о здоровье самих артистов, которое требует неусыпного внимания. На него уже не обращают внимания. Организовать в театре медицинскую помощь тоже никто не стремится, а ведь артистам балета постоянно необходим врачебный контроль. Как решать при такой заработной плате жилищные проблемы, тоже неизвестно. При этом многие артисты с семьями ютятся в убогих комнатушках общежитий. Вспоминается в этой связи трагическая история молодого талантливого артиста балета Дастана Чиныбаева, скончавшегося в прошлом году в Германии. Уже после смерти юноши стали известны подробности его личной жизни, которую он не афишировал и которая, по большому счету, никого не интересовала. Оказалось, что молодой талант жил с матерью в убогой комнате общежития, и никаких надежд на приобретение иного жилья в Казахстане у него не было. Дастан уехал работать в Германию, где умер без своевременной медицинской помощи, без какой-либо поддержки - в возрасте 21 года.
После того как на родине артиста журналисты рассказали о материальных и жилищных проблемах скончавшегося артиста, матери дали жилье.
Задаешься страшным вопросом: неужели только такой может быть цена государственного внимания?!
И последнее в этой истории: по словам артистов, администрация ГАТОБа отказывается вешать портрет Дастана Чиныбаева в фойе: он-де уехал от нас, а значит, и никаких почестей ему здесь не полагается. Артисты принимают этот факт как закономерность при существующем отношении к ним.
Артисты рассказывают: все, что касается их работы вне стен театра, воспринимается администрацией в штыки.
“В любом театре мира так поставлена работа: артисты, работающие в театре, заключают контракты в других театрах, ставят в известность свою администрацию, которая и составляет планы работы, спектаклей, руководствуясь этими данными, сроками отсутствия артистов и так далее, - рассказывает Асель Мусинова, солистка театра. - У нас же любое желание поработать где-либо в другом месте воспринимается как предательство. Нам говорят: сначала напиши заявление об уходе, потом иди работать в другое место. Разве это нормально? Люди не понимают того, что человек представляется артистом театра имени Абая, он пропагандирует имя театра по всему миру! Это какая-то зашоренность в местнических интересах. Нет цивилизованного менеджмента, нет контрактной системы. Артисты за рубежом помимо оклада получают гонорар за каждый выход на сцену: ты переработал - тебе заплатили, ты кого-то заменил - тебя поощрили. У нас этого нет. Лейла Альпиева, например, заменила в этом месяце артистку, которая заболела, станцевала и ничего за это не получила”.
Закостенелые традиции, нежелание что-либо менять в театре, отсутствие цивилизованного менеджмента - вот что мешает, по мнению артистов, двигаться вперед.
“Основная причина нашего невыхода на сцену - это деньги и отношение к нам руководства, - говорит Асель. - Если прежний директор умел нивелировать проблемные ситуации, был дипломатичным по отношению к нам, знал проблемы, то нынешнее руководство никакой дипломатии не проявляет. Нынешний директор, несмотря на свое консерваторское образование, обычный чиновник. На первых порах он пропагандировал “человеческий фактор”, но в тот раз он повел себя очень неэтично по отношению к людям”.
“Известно, что у театра есть свой счет, есть аренда, за которую платят от миллиона до полутора миллионов тенге за вечер. Куда идут эти деньги? Никто не знает! Мы чувствуем себя заложниками в театре, дискриминируемыми людьми”, - говорит Асель. Никто не попытался до сих пор развеять это ощущение у артистов. Когда они попросили свои трудовые договоры, в отделе кадров им отказались их выдать. Почему - неизвестно.

Артисты изложили свои вопросы и требования в коллективном открытом письме к министру культуры и информации Е.Ертысбаеву. Это далеко не первое письмо, которое артисты пишут в “верха” все последние годы. Однако ни на одно из них они так и не получили ответа - то министр сменился, то потерялось послание. Они надеются, что последнее не пропадет в недрах министерства, несущего ответственность за развитие и поддержку культуры в нашем государстве. Наша газета тоже ждет этого ответа: мы будем держать в курсе происходящих событий в ГАТОБе имени Абая.

Самый главный и больной вопрос для артистов балета - пенсия. У них нет специальных льготных пенсий, им приходится работать до 63 лет, как самым обычным людям. В результате многие просто ходят на работу в ожидании пенсии долгие годы. Артист балета в 63 года - печальное зрелище...
Артисты считают, что в театре кризис кадров: на большие постановки не хватает людей.
В театрах такого уровня, как ГАТОБ, в балетной труппе должно быть 150 и больше человек. Сегодня артистов балета в театре 75 человек, но танцует из них только около пятидесяти. Если сегодня из театра начнут уходить, что ждет его завтра?
То, что случилось в старейшем театре страны 9 февраля, можно расценить как последний довод бедного артиста в защиту своего человеческого достоинства. А может, нашим чиновникам попросту перестать лицемерить и пытаться изображать светское современное общество? И взять пример с Туркмении. Как известно, наш покойный сосед туркменбаши легко решил все проблемы - просто запретил этот вид искусства как ненужный. Мы же идем другим путем: долго и упорно вытравляем его своим равнодушием, убиваем невниманием, обрекаем на нищету и забвение. Что страшнее?

Комментарий

В среду директор ГАТОБа имени Абая Ержан Абдрахманов, к которому мы обратились с просьбой о комментарии сложившейся ситуации, ответил на вопросы “НП”
- Ержан Ахметович, хотелось бы узнать ваше отношение к произошедшему 9 февраля. Есть ли у вас принципиальные возражения против позиции артистов, которые не вышли на сцену в день спектакля?
- По-человечески я их понимаю. И, как бывший артист, прекрасно понимаю их чувства по поводу несвоевременной выплаты зарплаты. Хочу добавить, что не только наш театр оказался в такой ситуации. С этической точки зрения, мы все - и администрация театра, и труппа балета - должны были все же найти согласие и не подводить нашего зрителя. Я сожалею, что эта цепочка - невыплата зарплаты, негативные эмоции и ультимативные требования артистов - привела к столь неприемлемому для любого театра итогу.
- Решает ли администрация театра проблему повышения заработной платы артистов?
- Как генеральный директор театра, я с первого дня поставил этот вопрос одним из главных пунктов возрождения театра. Но согласитесь, что его решение не находится в моей прямой компетенции. Есть еще правительство, парламент и бюджетная стратегия, по которой, вероятно, в кардинальном повышении выплат денежных средств нуждаются участники войны, пенсионеры, многодетные семьи, не говоря уже о больных детях. Тем не менее, я считаю, принципиальное повышение окладов артистам всех категорий сегодня - задача, посильная для нашей страны
- Предпринимаются ли какие-нибудь меры к решению других проблем артистов: выплате премий, выдаче спецформы, медпомощи?
- Проблемы наших артистов я вижу как целостный комплекс вопросов: это и премии, и спецформа, и социальная медицинская защита артистов, сюда бы я добавил и вопрос о принятии специальной программы по адресной ипотеке для артистов. Этого и намерен добиваться, пока я остаюсь на своем посту. Добавлю, что этими вопросами занято и Министерство культуры и информации РК.
- Разделяете ли Вы мнение артистов, что сейчас в театре отсутствует современный менеджмент и это тормозит развитие театра? Что вы предприняли с приходом на должность директора для дальнейшего роста театра?
- Генеральным директором ГАТОБа имени Абая я являюсь лишь полгода и пришел для того, чтобы кардинально изменить ситуацию, чтобы театр встал на ноги в условиях рыночной экономики. С этой целью разработана среднесрочная программа по развитию театра до 2012 года на примере ряда ведущих театров в СНГ и Европе. Здесь рассматриваются вопросы не только достаточного финансирования, но и новая художественная стратегия, которая включает в себя спектакли с достойным репертуаром, гастроли по ближнему и дальнему зарубежью. Думаю, что недавняя премьерная постановка оперы “Турандот” и предстоящая премьера балета “Легенда о любви” великого Юрия Григоровича - это только первые шаги комплексной программы возрождения театра. Главное: высокохудожественный репертуар с первоклассными исполнителями и авторами, их соответствие мировым стандартам оперного и балетного искусства. Моя точка зрения: сегодня необходимо научиться сохранять терпение и делать свое дело; как все граждане страны, уходить от ультимативного принципа во всем - в искусстве, политике и повседневной жизни. В заключение еще раз хочу принести свои извинения зрителям.


вернуться назад перейти на главную обсудить в форуме

     О газете
     Контакты
     Подписка
     Письмо
     Поиск