СТРАНА ПОБЕДИВШЕГО ФЕМИНИЗМА

ПЕРВЫЙ МИТИНГ В ПОДДЕРЖКУ ПРАВ ЖЕНЩИН

Подробнее >>>
МОРСКАЯ КАПУСТА, ИЛИ КЛОНДАЙК ВСЕЯ ЗЕМЛИ

ВСЕ БОГАТСТВА МИРА ЛЕЖАТ НА ДНЕ

Подробнее >>>
о газете | контакты | подписка
Главная страница
Неделя власти
События
Исследования
Право
Экология
36,6
Тема
Образование
Поехали
Мир
Спорт
Светская жизнь
Люди
Культура
Шоу-бизнес
Мода
Прямой эфир
Смотри в оба
Пошутим
Гороскоп
Последняя страница
Документальный детектив
Старая версия
Форум
Реклама

Партнеры





"МК в Казахстане"


Деловой Казахстан


Сто Сторон







погода в г. Алматы
погода в г. Астане



Этюды на полях Исследования

Сагымбай Козыбаев
Первый редактор
Речь о первом редакторе первой казахской газеты. Спустя 134 года воздадим ему почести.
Чокана Валиханова (Шокана Уалиханова) мы по праву считаем одним из основоположников отечественной публицистики. Гениальность, как известно, имеет компоненты - должное образование, гены, дар природы. Общеизвестна дружба Чокана с Достоевским, другими русскими демократами. А у себя, в Степи, мы можем причислить кого-то из соплеменников к его друзьям, единомышленникам? Безусловно. Таких лиц несколько, все они из знатных родов, образование бедноте не было доступно. Особо отмечу двоих.
Пару слов о Салыке (Мухамбет) Бабажанове. Он оставил имя как историк, просветитель, этнограф, публицист. Его отец был тестем Жангира Бокеева - видного хана Букеевской орды. Как и Валиханов, Салык получил привилегированное образование. В те времена это были кадетские корпусы Оренбурга и Омска. Они по статусу были одновременно и светскими учебными заведениями. Выпускники, как правило, владели сразу несколькими языками.
Публикации Бабажанова можно найти в российских изданиях - астраханской “Волге”, в санкт-петербургских - “Северной пчеле”, “Ведомостях”. А сколько безызвестных...
При жизни он стал вторым из казахов после Чокана действительным членом Русского географического общества. Как и друг, был нетерпим к несправедливостям. Чего стоит его поездка в Санкт-Петербург на аудиенцию к царю с жалобой на притеснения коренного населения Перовским - всевластным оренбургским генерал-губернатором.
Родившись на пять лет раньше Валиханова, Салык умер, пережив друга также на пять лет, в сорокалетнем возрасте в 1870 году.
А в тот год, 10 мая, в Ташкенте - столице Туркестанского генерал-губернаторства, вышел первый номер первой казахской газеты “Түркістан уәлаяты”, аналог Петровских “Ведомостей” - первого русского печатного издания. Его бессменным редактором стал другой друг и единомышленник Чокана, тридцатилетний Шахмардан Ибрагимов. Их дружба состоялась в стенах Омского кадетского корпуса. Благодаря содействию Чокана Ибрагимов работал в администрации (приказе) отца - султана Шынгыса Уалиханова. Как и Валиханов, Шахмардан был затем адъютантом генерал-губернатора Константина фон Кауфмана в Ташкенте. Кауфман правил округом пятнадцать лет. При нем были построены 64 школы и гимназии. В 1882 году после кончины его сменил кровавый генерал Черняев. Ибрагимов, возмущенный действиями Черняева по отношению к казахам, как и ранее, незадолго до смерти, Чокан, на пару лет уехал в Санкт-Петербург. В последние годы в чине статского советника он состоял на дипломатической службе, был консулом в Саудовской Аравии.
Шахмардан оставил солидное публицистическое наследие. В 1861 году он встречал возвращавшегося из Петербурга Валиханова в Кокшетау, был рядом с ним некоторое время. Ибрагимов вместе с Потаниным, Ядринцевым, Веселовским готовил к печати посмертный сборник произведений Валиханова. В 1870 году принял активное участие в установлении надгробного камня на могиле Чокана в Алтын Эмеле. Ибрагимов ушел из жизни, заболев холерой, на пятьдесят первом году жизни.
Вот таковы отрывочные сведения о первом редакторе первенца национальной печати “Тљркістан уќлаяты”.
Шахмардан Ибрагимов... Жизнь, достойная своего имени...
alt
Жертвенность

Мировые агентства сообщили о завещании Нельсона Манделы. Душеприказчики зачитали его. Общая сумма наследства 95-летнего кумира всей Африки, к тому же лауреата Нобелевской премии мира составила около 4 миллионов долларов. Для такой персоны не особенно густо. Некоторые лидеры стран в год, а то и в месяц могут заработать эту сумму.
Но как распределил Мандела свое наследство? Несложный мой подсчет с калькулятором выявил следующее. Почти все он завещал нескольким учебным заведениям. И сотрудникам фонда своего имени. И лишь тридцатую (!) часть - членам семьи и правящей в ЮАР партии “Африканский национальный конгресс”.
Нельсон Мандела (настоящее африканское имя, данное отцом, вождем небольшого племени тембу, - Ролихлахла) был женат трижды, два сына умерли при жизни, три дочери живы. Символично: все его жены были медицинскими сестрами. У него осталось немало внуков и правнуков. Большое африканское семейство. И 130 тысяч долларов, оставленных ему плюс партии, - абсолютно ничто.
Весь мир в декабре ушедшего года следил в прямом эфире за похоронами Манделы. Подобное происходило в последний раз в апреле 2005 года при похоронах Папы Римского Иоанна Павла II, великого сына Польшы Кароля Войтыля. В речи каждого на похоронах Манделы многократно и неизменно звучало ласкательное и коленопреклоненное “мадиба” (“вождь”).
Подлинный лидер нации, неутомимый борец с апартеидом, великий сын Африканского континента и после своей смерти явил нам всем не менее подлинное благородство своей души и высшую жертвенность.
Даже 29 лет тюрьмы не поколебали большое сердце уникальной личности, никогда не просившей для себя привилегий и льгот. Мандела был последователен в своих принципах. А они кратки и просты. Вот они, теперь золотыми и вечными буквами, в его завещании народу. Это знаменитая Хартия свободы, манделовская: “Все равны перед законом; земля принадлежит тем, кто ее обрабатывает; все пользуются равными человеческими правами; работа и обеспеченность всем; у всех должны быть равные возможности; путь к образованию и культуре открыт для всех; людям должны быть предоставлены удобные жилища; должны царить мир и дружба”. И все. Это свое кредо Мандела частично воплотил в жизнь.
Покровителю всех страждущих народов, мировой известности Манделе в Лондоне поставили не один, а два памятника. Еще при жизни. Он не просил, не заискивал, это сделали другие. Благодарные. Разве мы не помним его деликатный и вежливый отказ Советскому Союзу в присуждении ему международной Ленинской премии.
Всякое великое в истории единично. И очень уж верно: смерть героев подобна закату солнца...

Не в коня ставка
А между тем жертвенность проявляют и азиаты. И китайцы, и казахи.
А суть такая. У гонконгского миллиардера по имени Сесил Чао есть великовозрастная дочь 32 лет. Звать ее Гига. Девять лет она в брачной связи со своей подругой. Живут во Франции.
Пару лет назад огорченный папаша предложил 65 миллионов американских долларов (500 миллионов гонконгских) тому мужчине, который сумеет завоевать сердце его дочери-лесбиянки.
Но строптивая дочь ни в какую. Не желает сменить свои предпочтения. А дочь - красавица красавицей, пышная, полногрудая. 80-летний отец, нежно любящий свою дочь, на днях удвоил ставку, и будущий зять, неважно какой национальности, с Аркалыка или Арканзаса, получит ни много ни мало аж 130 миллионов. О, мама, в тысячи раз больше суммы, оставленной Манделой по завещанию своему семейству (читай предыдущее эссе автора на этой же полосе. - С. К.).
Согласитесь, нормальные башли. А губа у казаха тоже не дура. Среди клюнувших есть и наш джигит, некто Куандык Арысланов. Не поверил бы, если бы не увидел его презентабельное фото в бабочке рядом с пока еще не согласной строптивой львицей. Оказывается, наш шайтан уже успел съездить в Швейцарию, чтобы познакомиться с Гигой (чуть не написал “с Гугой” - есть такая богатая казашка в тех краях).
Контакт вроде есть. Но ведь незадача. Не хочет наш хлопец денег. А ее, Гигу, хочет, согласен на брак. “Я не хочу ее покупать. Да и сам не продаюсь”, - гордо заявил он тамошней прессе. А наши возьми, да и перепечатай его фото и это заявление.
Да, мы, тверские, такие. Не шути с казахами, магнат из Гонконга! Не продаемся и не покупаемся, уж извини.
Ну позабавил ты, парень. Только поражаюсь тебе, Куандык, радость наша. Деньги хоть и левые, но вроде некриминальные, да и не пахнут же. Китаец дает - казах не берет. Так и веру во все потеряешь...

Вселенная звезд
Центральные улицы милой сердцу Алма-Аты (по душе это звучное) таят некую символику. Вверх, к горам, отечественных биев: Айтеке, Казыбека, Толе - сменяют батыры - Богенбай, Карасай, Кабанбай, их, в свою очередь, - пииты Жамбыл, Абай в окружении с титаном Пушкиным и двумя сыновьями Незалежной - Шевченко и Гоголем. И рядом перпендикулярно - цвет эпохи советизма - Шамши, Мукан, Куляш, Кунаев, Фурманов. Особняком Абылай, хан из ханов со своим правнуком Шоканом. А проспект Достык олицетворяет дружбу и согласие, мир и неделимость - что может быть выше?
Да вечным будет сие!
И все-таки, проезжая по улицам самого большого города страны, так и хочется лицезреть в этом обрамлении или особняком еще кого-то, не родовых, племенных или жузовых зачастую, а общенациональный символ и государственный масштаб представляющих лиц.
Отнес бы к таковым Кенесары и Кожабергена.
О Кенесары - фигуре нации, выходящей за рамки одного народа, отдельный разговор. Если начистоту, изначально его памятник, обособленный из ряда многих теперь конных статуй, я представил бы на горе Коктюбе. Как Салавата Юлаева в Уфе над рекой Белой. Перед памятью хана Кене еще не раз склонятся благодарные потомки.
А у нас речь о не менее колоритной личности, представляющей общенациональное явление. Имя его не забыто, но не возвеличено должным образом.
Внесу сразу ясность. Хотя Кожаберген известен всему народу как Дауылпаз-баба - Великий пращур, без полных инициалов не обойтись. Этому лишь одна причина - в отечественной истории часто встречаются более-менее равнозначные личности под одним именем. Потому их и часто путают.
Так, к примеру, известны, оставившие немеркнущий след, несколько Жанибеков (выдающийся хан, стоящий у истоков государственности, Ер Жќнібек (Бердќулетџлы, 1714-1792, нынче ему исполняется 300 лет), Жќнібек тархан (Ћошћарџлы, 1693-1752, известный более как Шаћшаћ Жќнібек); несколько Наурызбаев (имя шапырашты Наурызбая батыра Ћџтпанбетџлы, 1706-1781, носит улица в Алма-Ате, ему же установлен величественный памятник у въезда в южную столицу), есть и другой, незаслуженно подзабытый, овеянный легендой Наурызбай (Ћасымџлы, 1822-1847, брат Кенесары)...
И у нашего героя Кожабергена жырау Толыбайџлы есть тезка - батыр, близкий сподвижник Абылая (оба Кожабергена к тому же родом из одних мест, с Северного Казахстана, да еще из одного племени кереев).
Немудрено посему запутаться. К тому же Кожаберген жырау (приставка означает непревзойденность в одном лице акына, певца, сказителя, композитора) также батыр, еще какой, а еще и дипломат, посол по особым поручениям, законодатель - талантов у него, прожившего сто лет (1663-1763) - ой-ой-ой. И в каждой ипостаси - он пик, вершина из вершин.
Ипостась первая - жырау. Это высшая степень таланта, гениальности, синтез вышеуказанных сплавов в одном лице. Именно Кожаберген первым олицетворяет эту Божью отметину, это ни с чем несравнимое и неповторимое казахское понятие “жырау”. И только впоследствии вслед за ним последовала когорта подобных выдающихся фигур - Бџћар жырау (1693-1787), Умбетей (1697-1786, не путать также с батыром под этим же именем), Тќтіѕара (1705-1780), Сегіз сері, Махамбет Утемисов, Мќшњљр Жљсіп (1858-1931)...
Поэтическое и музыкальное наследие Кожабергена общеизвестно. Его дастаны (поэмы) “Ер Жанибек”, “Коркыт-баба”, “Ата тек”, “Жетi жарѕы” являются эталоном и стали классикой, его кюи “Дабыл”, “Аныракай”, “Бозайгыр” не потеряли ценности и по сей день. Дастан “Елім-ай” (О, Родина моя!), состоящий - подумать только - из 3683 (!) куплетов, переложенный им же самим на музыку, - национальное достояние, не имеющее прецедента в мировой поэзии. Дастан до сих пор звучит в устах народа.
Ипостась вторая. Полководческий дар Кожабергена. Это особая тема. Буду краток. В русской истории есть понятие высшего военного чина - генерал, фельдмаршал, генералиссимус, Верховный главнокомандующий (Сталин)... Батыры тоже нарекались - жљзбасы, мынбасы, ћолбасы, ћолбасшы, приставка Ер к имени (Ер Жанибек, Ер Косай), ќскербасы, сардар, тљменбасы или амир (ќмір), бахадур, тархан... Некоторые из них командовали десятитысячными отрядами и более. Высший чин - Ордабасы, командующий объединенными войсками всей орды. Так вот, Кожаберген был еще и Ордабасы.
И поэт, и воин. Как же так? Самый младший из 24 сыновей отца, он изначально был отмечен Богом. Приметив эту искру кенже, отец, сам известный батыр, командующий войсками Среднего жуза, би и шешен (оратор), отдал сына с младых лет на воспитание и обучение к знаменитому Жалантос батыру. Кожаберген учится в духовных медресе Ургенча, Бухары и Самарканда. С 13 лет стал сочинять стихи. Параллельно приобщаясь к азам военного искусства. С 17 лет он уже участвует в походах и сражениях во главе своего отряда. Совсем юношей он становится батыром, показав не только удаль, но и недюжинные способности в военной тактике и стратегии, проявив собственный полководческий дар.
Именно эти факторы и сыграли свою роль. В июне 1688 года близ Туркестана вожди всех казахских жузов и родов во главе с Тауке-ханом после долгих споров и мнений отдали предпочтение 25-летнему Кожабергену, избрав его Ордабасы - главнокомандующим всеми войсками. И не ошиблись. В течение последующих 22 лет он возглавляет объединенные войска казахов, кыргызов, каракалпаков, ногаев, татар против джунгарских захватчиков.
Опущу сражения этого времени. Отмечу лишь - стать главным полководцем при большом наличии батыров в Степи было непросто. Следующим Ордабасы в 1710 году на курултае знати всех трех жузов из сотен батыров того времени после долгих прений был избран воспитанник Кожабергена 27-летний Богенбай батыр из рода канжыгалы Среднего жуза. А спустя 45, по другим данным - 48 лет Ордабасы был избран Турсунбай - вновь батыр из племени кереев. Претендентами на этот высший воинский пост тогда, в конечном счете, остались четверо - Кабанбай, Наурызбай, К?шек, Т?с. Все четверо сами в один голос отдали первенство Турсунбаю, проявив достоинство и открестившись в байге, считая свои заслуги менее значимыми. Честь в Степи была важнее всего. И чести этой учили главным образом бии, в данной ситуации - Казыбек.
А тогда, летом 1688 года, Кожабергена по традиции искупали в молоке юных кобылиц. Одели в торжественное белое. Вручили в руки Коран. Перед многотысячным отборным сводным войском подняли на белой кошме. Поцеловал Кожаберген свою боевую саблю при всем честном люде. И дал клятву до последней капли крови биться за независимость.
О подвигах Кожабергена при желании можно почитать в различных сказаниях, дастанах. Их много. Бухар жырау, считавший Кожабергена своим учителем, одну из своих поэм так и назвал - “Устазым”. В ней немало фактов - о доблести наставника, многочисленных описаний панического страха джунгар перед его войском. В оригинале это звучит так: “Айбарынан жау ћашћан, Есінен ћалмаћ адасћан, Џрандап жауѕа тигенде, Жарћылдап ћолда алдаспан...”.
Ипостась третья. От боевого клинка - к дипломатии. Кожаберген был послом по особым поручениям Тауке-хана в сопредельных странах, в Персии. Знания в совершенстве арабского, фарси, шагатайских языков способствовали Кожабергену в условиях борьбы с джунгарами достичь укрепления связей и мирных отношений с Хивинским, Бухарским, Кокандским ханствами, персидским царством.
Ипостась четвертая. Отец национальной идеи в XVII - XVIII веках. Кожаберген провозглашает единство трех жузов, общее взаимодействие как залог достижения победы над джунгарами. И ни на йоту не отступил от этого важного для народа принципа.
Ипостась пятая. Кожаберген - законодатель. Многое написано о “Жеті жарѕы” - своде норм обычного права, провозгласившего основные устои государственного устройства. Кожаберген лично (вместе с Толе, Казыбек и Айтеке) участвовал в ее разработке и принятии этого важнейшего поличтического документа Степи, предопределившего дальнейший ход всей казахской истории. Но мало кто знает, что именно Кожаберген по поручению Тауке-хана написал “Жеті жарѕы” на белую кожу.
Одним словом, ипостасей много. Ограничимся этим и проследим цепочку. Из всех воспитанников Кожабергена наиболее колоритными назвал бы Богенбай батыра и Бухара жырау. Последний, как известно, был наставником Абылая. А Абылай в свою очередь успел получить бата (благословение) из уст Кожабергена.
...300-летие Абылая с неким запозданием в прошлом году было отмечено на родовых землях - Кокшетау. На общенациональный масштаб это тянет? Оставлю этот вопрос за бортом: ведь все имеют право на собственную трактовку былого.
А между тем работы отечественным скульпторам прибавилось - страну наводнили конные статуи. Потомки воздают должное своим пращурам. Наверное, в принципе, правильно. Подрастающая поросль должна знать свою историю. И желательно на примерах высокого полета.
Спора нет. Но, как подметил гениальный Рабиндрат Тагор, “светозарная одежда Солнца - проста, но тучи облечены в пышность”. И возвращая истинное лицо прошлого, не мешало бы помнить, что в Галактике много звезд.
Надо лишь уметь отличить более яркое светило от обычной звезды...

Поделиться:

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:





Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 365 дней со дня публикации.
Наши награды    

Календарь
«    Октябрь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031 


Large Visitor Globe


Архив новостей
Октябрь 2019 (64)
Сентябрь 2019 (131)
Август 2019 (169)
Июль 2019 (144)
Июнь 2019 (132)
Май 2019 (146)

Голосование
Оцените новый дизайн


Разработано студией Neolabs Web Solution
© 2007 Новое поколение
Fatal error: Call to a member function _destr() on null in /var/www/vhosts/np.kz/public_html/engine/modules/main.php on line 390