ПОКОЛЕНИЕ NEET

НЕ УЧИТСЯ, НЕ РАБОТАЕТ И НЕ ТРЕНИРУЕТСЯ

Подробнее >>>
ЛОГИСТИКА – ЛОГИКА ДЕЙСТВИЙ

МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ В CASPIAN UNIVERSITY

Подробнее >>>
о газете | контакты | подписка
Главная страница
Неделя власти
События
Исследования
Право
Экология
36,6
Тема
Образование
Поехали
Мир
Спорт
Светская жизнь
Люди
Культура
Шоу-бизнес
Мода
Прямой эфир
Смотри в оба
Пошутим
Гороскоп
Последняя страница
Документальный детектив
Старая версия
Форум
Реклама

Партнеры





"МК в Казахстане"


Деловой Казахстан


Сто Сторон







погода в г. Алматы
погода в г. Астане



Животные живут по-людски Исследования

О том, как меняется жизнь животных, что для этого сделано и что планируется изменить в ближайшем будущем, рассказал директор алматинского зоопарка Ержан Еркинбаев

alt

- Ержан, вы пришли в зоопарк Алматы директором. Пришли после серии громких скандалов, которые здесь были. То есть вы понимали, что на вас ложится большая ответственность и за вами будут наблюдать. Нужно было понять, с чего начать. С чего вы начали?
- Во-первых, невольно получилось, я назначился, и привезли первую партию продуктов для кормления животных. Их завозят каждый день. Иногда - через день. Привезли большое количество мяса. Я пошел проверять его качество. По документам это было мясо первой и второй категорий, по факту - непригодное. Первая, вторая категории - это мясо, которое едят люди, по всем требованиям выдержанное. А привезли мясо не то, что для людей, а для животных непригодное. Это были фрагменты мертвечины, что потом, позже, было доказано лабораторией. Первым делом я “завернул” это мясо и вернул обратно поставщику. С тех пор мы стали четко отслеживать продукты, рацион, качество и количество поставок. Потом стали следить, чтобы у животного, у льва например, или любого другого, был такой рацион, который ему положен. Параллельно вели работу по инвентаризации, проверили каждое животное, его физиологическое состояние, состояние здоровья.
- Говорили, что по количеству особей и по видам были большие расхождения...
- Да, когда я пришел, у нас были документы о коллекции, об инвентаризации. И там была цифра: чуть больше пяти тысяч животных. Когда мы пересчитали, оказалось только около трех тысяч особей. На то были определенные причины. Но разница в количестве все-таки была.
- Вы задавали вопросы предыдущему директору или своему руководству по этому поводу?
- Мы организовали служебное расследование. Выявили причины. БОльшую часть разницы составила массовая гибель рыб.
- Как вы действовали в дальнейшем? Вам ведь нужно было, чтобы на вас не легла ответственность за то, что произошло до вашего прихода на руководящую должность...
- Мы провели инвентаризацию, разобрались, что есть реально, по факту. Сколько животных в каждой секции, сколько из этого на выбраковке, сколько в каком возрасте, в каком физиологическом состоянии. На тот момент было несколько животных, которые находились в очень тяжелом состоянии. Да, они старые, в преклонном возрасте, но тем не менее терять их не хотелось.
- Я так понимаю, что речь идет о львице и о белом медведе Алькоре?
- Я не берусь сказать, что Алькор болел. Львица - да, болела. И тигрица по кличке Рада была в плохом состоянии. Состояние кенгуру тоже внушало опасения.

- С количеством особей, их состоянием и питанием животных вы разобрались. Что дальше? Ведь проблем, как выяснилось из публикаций в прессе, периодически появлявшихся в бытность предыдущего директора, было огромное количество: это и система прохода посетителей в зоопарк, и условия содержания отдельных видов животных...
- В первую очередь мы решили все вопросы на входной группе в зоопарк. Было необходимо обеспечить легкий доступ на территорию людям с ограниченными возможностями, передвигающимся на инвалидных колясках, мамочкам с детскими колясками. Мы построили новый пандус для них. У него градус наклона именно тот, который позволяет на инвалидной коляске подняться даже самостоятельно. На открытие пандуса мы пригласили таких людей, и они оценили, что он сделан по нормам и удобен для них. Этот вопрос мы решили в течение месяца. Если бы мы ходили, попрошайничали, просили бы акимат обустроить пандус, времени на это ушло бы гораздо больше. Таких проблем у акима выше крыши. И такими мелкими проблемами загружать его внимание было нецелесообразно. Я попросил друга-мецената, и он подарил нам этот пандус.

 

 

- Было много нареканий по поводу входной группы. В том числе и по пропуску посетителей. Что изменилось?
- Стоят совершенно новые турникеты, которые считывают любой вид билетов. Билет можно купить по интернету, можно - с сотового телефона, приходит штрих-код, подносишь телефон к датчику турникета и проходишь. Очень много видеокамер. Сегодня в зоопарке работают более сорока видеокамер. Любой спорный факт теперь можно выяснить с помощью съемки, достать и посмотреть. Нет стихийной торговли. Все киоски, которые находятся на территории зоопарка, имеют единый облик. Их около десяти, а раньше было сорок. Контрольно-пропускная система, система билетирования такова, что нет больше возможности с билетами фокусничать.
- Но в предыдущие годы такие моменты были...
- Я помню, что какие-то турникеты там стояли, и Канат Каримов (бывший директор алматинского зоопарка) говорил: “Я их поставил!”. Я с турникетами работал последние семь лет на курорте “Шымбулак”, на катке “Медеу”. Прекрасно знаю, что такое хороший и плохой турникеты. И те турникеты, которые тут были установлены, я вас уверяю, были не для большой пропускной способности. У них без конца ломались ридеры, которые считывали штрих-код. Поэтому мы их заменили. Сегодня, если говорить о пропускной системе и системе билетирования, украсть теоретически возможно, но фактически сделать это очень сложно. Можно, например, взять деньги у клиента и дать ему билет, который предназначен для пенсионера. Кассир может взять деньги, но у него там есть видеокамера. Потом есть риск, что сам клиент посмотрит на билет и обнаружит, что ему дали не тот. То есть шансы минимальны, а контроль практически тотальный.
- С входной группой мы разобрались. За что вы взялись первым делом, если говорить об условиях содержания животных?
- Первым делом мы занялись оснащением ветеринарной части, лечением животных, приобретением необходимых медикаментов, подбором нового, грамотного персонала.
- Если говорить про ветчасть... Еще при прежнем директоре было много споров, что один врач лечит так, другой иначе. Разные мнения - кто прав, а кто нет...
- Эти разговоры никогда не прекратятся. И сегодня они есть, и, к сожалению, есть риски, что неправильно лечим. Потому что у нас нет ветеринарной школы, в которой учат лечить экзотических животных. Лошадей, кошек, собак - да, они лечат неплохо. А слонов... Поэтому споры по врачам, кто лечит круче, всегда есть и будут. Мы строим новую ветеринарную часть, старая часть расположена в здании, которое было построено еще в 30-е годы.
- Раньше не было даже такого понятия, как карантин для животных, то есть не было отдельного места.
- Все до сих пор в том же виде, пока не достроено новое здание.
- Тем не менее ветеринарная часть строится. То есть со временем будет и карантин, где при необходимости животные будут содержаться отдельно?
- Да, естественно.
- Четыре-пять лет назад французские аудиторы поднимали вопрос о возможном побеге опасных, хищных, животных и неготовности персонала к такому случаю. Есть ли сейчас какие-то средства, чтобы людей обезопасить? Средства нейтрализации?
- Есть у нас определенная группа снотворных веществ, которыми мы можем нейтрализовать животное. Но из-за того, что у нас пока нет оборудованной по всем нормам ветеринарной части с сейфами и так далее, мы не можем получить разрешение на использование препаратов группы “А”. Это наркотические препараты. Они нужны и для проведения тонких операций. А те, которыми мы сейчас обходимся и которые разрешены, это снотворные общего диапазона.
- Тем не менее в случае чего у вас есть люди, которые готовы выйти и нейтрализовать животное?
- Люди есть и ружье есть, духовое и обычное ружья есть. Конечно, слава Богу, не было такой ситуации, чтобы сбежал лев. Никогда не было. Но если он сбежит, взять ружье и побежать, стрельнуть, усыпить, назад в клетку доставить... Теоретически - да. Но, будем надеяться, что этого не случится. В Европе, при всем их внимании к системе безопасности, побеги случаются. Мне рассказывали, что в Германии сбежала обезьяна, и полицейские ее расстреляли потому, что другого варианта не было. Она могла выйти в город, а допустить этого было нельзя.

 

 

- Я так понял, что вы любите сами погулять по зоопарку?
- Я это делаю много раз за день. Животные меня почти все знают. Всего лишь за шесть месяцев они меня стали узнавать даже по голосу. Со многими я играю.
- Я хотел бы узнать по поводу медведя, львицы, тапира, других животных, для которых уже много сделано. Изменились ли их поведение, состояние после этого?
- Алькор (белый медведь) сегодня плавает, играет, ловит рыбу в бассейне. Рыба в бассейне спокойно живет, потому что вода чистая. Гималайский мишка лазает по дереву. Раньше они кроме маленького бетонного пола и ржавых решеток вообще ничего не видели. Сегодня играют. Наши носороги. У них, наконец-то, появился навес, под которым они могут спрятаться. Также появились стволы для чесания спины, раньше их не было. Шаг за шагом. Сейчас приступим к реконструкции вольеров для тянь-шаньских медведей. Уже есть договоренность с одним из наших друзей о финансировании этого проекта. Получено финансирование от одного из банков на реконструкцию вольера для амурского тигра. Слонам в этом году подарили навес, теперь они могут спрятаться от солнца. Один из наших друзей построит душ для слонов. Азиатским слонам очень важно, чтобы была вода. Их осталось мало в мире - тридцать пять тысяч штук. Африканских слонов - около пятисот тысяч. Те проблемы, которые многие годы не решались, сегодня решаются за несколько минут.
- Вернусь к Алькору. Насколько я помню, были разговоры, что у него зубы болят и так далее. Но сейчас, по-моему, у него все в порядке, и зубы его не беспокоят, он поправился, довольный и счастливый.
- Этих мнений много. Для того чтобы понять, болят у него зубы или не болят, его надо нагрузить наркозом, усыпить и проверить его зубы. Но в двадцативосьмилетнем возрасте от наркоза он может просто не проснуться. Не было видно, чтобы у него было явно гниение в пасти. Мы улучшили его условия, он и рыбу ловит, и грызет здоровый ствол дерева. Бочки пластиковые, которые ему каждую неделю дарят, он грызет, давит. Если бы у него были проблемы с зубами, разве он такое делал бы?
- Вы говорите, что во многом сейчас помогают меценаты. А кто они - эти меценаты? Я не прошу называть имен. Чем они занимаются?
- Часть из них - это депутаты маслихата, мои коллеги. Часть из них - мои друзья. Часть из них - люди, которых я вообще не знаю. Просто им небезразличен зоопарк. Это алматинцы, которые знают зоопарк, любят его, выросли на нем.
- Помнится, в бытность господина Каримова были очень серьезные столкновения, вплоть до уровня “Нур Отан”, с фондом Райымбека Баталова. Истории с ветврачами, правильностью лечения некоторых животных. Сейчас вы как-то работаете с этими людьми? Они чем-то помогают вам?
- С фондом мы работаем. Ту работу, которую они начинали, недооценить тяжело. Большая работа была выполнена по заказу мастер-плана по реконструкции зоопарка. С фондом у нас дружеские отношения. С Райымбеком Баталовым и со всей командой фонда неплохие, нормальные, здоровые отношения.
- Сейчас вы придерживаетесь этого мастер-плана?
- Как только мы у Питера Разбаха (архитектор) получим этот мастер-план, так будем по нему работать.
- Что в ближайших планах? Сколько вообще нужно лет, чтобы привести зоопарк в полный порядок?
- Я у Разбаха спросил: “Сколько лет займет полная реконструкция алматинского зоопарка?”. Он ответил: “В здоровом, современном мире - лет двадцать. Но вы, казахи, непредсказуемые, вы можете и за пять лет все это сделать. Вы можете к EXPO подготовиться за несколько лет, поэтому в вашем случае не знаю, но вообще такой план реализовывать дорого и по времени очень долго. Лет двадцать-двадцать пять”. Но я полагаю, чем думать о глобальном, надо начинать постепенно, с малого. Сейчас те проектно-сметные документации, которые когда-то заказывались, по Разбаху, на барсов и медведей, мы сдали на госэкспертизу. Получим положительное заключение, у акима будем просить деньги, и, уверены, аким нас поддержит. Аким любую идею с зоопарком поддерживает и всячески нам пытается помочь. Держит на контроле все, что происходит в зоопарке. Если в следующем году начнем строительство дома барсам и медвежьего лога площадью около гектара - это будет большое достижение.
- То есть от идеи с барсами еще не отказались? Они все-таки должны быть в зоопарке?
- Конечно. Во многих зоопарках есть барсы: в Новосибирске, Австрии. Должны быть и у нас. Не только потому, что это символ. Первая функциональная цель зоопарков - это сохранение видов. И, если мы будем работать по программе сохранения и размножения барсов, это будет круто.

Беседовал Александр Мироглов

Поделиться:

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:





Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 365 дней со дня публикации.
Наши награды    

Календарь
«    Сентябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930


Large Visitor Globe


Архив новостей
Сентябрь 2018 (117)
Август 2018 (154)
Июль 2018 (178)
Июнь 2018 (171)
Май 2018 (144)
Апрель 2018 (154)

Голосование
Будете ли Вы оформлять подписку на сайт, если сайт станет платным


Разработано студией Neolabs Web Solution
© 2007 Новое поколение
Fatal error: Call to a member function _destr() on null in /var/www/vhosts/np.kz/public_html/engine/modules/main.php on line 390