Россия продолжает поставлять нефтепродукты в Центральную Азию и рассчитывает расширить экспорт, в том числе за счет американского направления. При этом российские нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) подвергаются атакам беспилотников, а восстановление повреждений требует времени. Возникают вполне логичные вопросы: откуда берется экспортный дизель и насколько долго Россия сможет поддерживать поставки, не создавая дефицита на внутреннем рынке?
Центральная Азия: экспорт продолжается
В сентябре 2026 года, по данным специализированного портала «Геостатистика», поставки российского дизельного топлива в Центральную Азию и Монголию достигли 427 тыс. тонн против 371 тыс. тонн в августе. Прирост составил около 15%. В общую цифру входит Монголия, получившая 220 тыс. тонн. На Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан пришлось около 208 тыс. тонн.
Данные показывают, что Казахстан увеличил импорт российского дизеля с 28 тыс. тонн в августе до 77 тыс. тонн в сентябре, то есть рост почти в три раза. Кыргызстан получил 67 тыс. тонн против 72 тыс. месяцем ранее, то есть меньше. Таджикистан — около 38 тыс. тонн против более чем 56 тыс. (тоже идет снижение российского экспорта). А вот Узбекистан после августовского перерыва возобновил закупки и импортировал около 26 тыс. тонн. При этом рост поставок в Казахстан и возобновление импорта с Узбекистаном сопровождались сокращением поставок в Кыргызстан и Таджикистан. Это свидетельствует скорее об изменении географии торговли, чем о равномерном увеличении спроса во всей Центральной Азии.
НПЗ: последствия ударов разные
Продолжение экспорта России в Центральную Азию не означает, что российские НПЗ полностью восстановились после атак. Последствия ударов зависят от характера повреждений. Выход из строя отдельного узла необязательно останавливает весь завод, но может сократить выпуск определенных нефтепродуктов. А вот восстановление сложных установок может занимать месяцы. Одна из причин — санкционные ограничения, затрудняющие доступ к некоторому зарубежному оборудованию и комплектующим.
Но дело в том, что атаки БПЛА не парализовали всю российскую нефтепереработку. Отрасль располагает обширной сетью предприятий в разных регионах страны. Пока одни заводы ремонтируют, другие продолжают работу. Компании перераспределяют сырье и повышают загрузку сохранившихся мощностей. Это помогает России поддерживать производство нефтепродуктов, но, по расчетам экспертов, не гарантирует полной компенсации потерь.
Экспорт российского дизеля поддерживается прежде всего за счет продолжающих работу НПЗ. Дополнительную роль могут играть коммерческие запасы (так объясняют сохранение российского экспорта специалисты). Между производством и отгрузкой существует временной разрыв: топливо, ранее произведенное и находящееся на нефтебазах, в портах или в пути, может поступать покупателям уже после возникновения проблем на заводах. Это позволяет временно сглаживать перебои, но не заменяет новое производство на постоянной основе.
Еще один механизм, который используют российские компании, — это перераспределение поставок. Увеличение экспорта в одну страну необязательно означает рост общего объема производства. Топливо может направляться новому покупателю вместо прежнего, а география торговли меняется в зависимости от цен, спроса, логистики и политических решений.
Экспорт в США: ничего личного, просто бизнес
Американское направление российского экспорта, так нежданно возникшее на днях, добавляет к нынешней ситуации еще один фактор — временное смягчение санкционных ограничений. Министерство финансов США через Управление по контролю за иностранными активами (OFAC) 9 октября 2026 года выдало генеральную лицензию № 135, разрешающую операции, связанные с продажей, доставкой, выгрузкой и импортом дизельного топлива российского происхождения, включая его ввоз в США. Разрешение действует до 7 апреля 2027 года. Это подтверждается официальным документом OFAC.
Как заявил глава Белого дома Дональд Трамп, «атаки на НПЗ — это мировая проблема».
«Тут как говорят: «Ничего личного, только бизнес. Цены на дизтопливо в США бьют рекорды», — пояснил «НП» такой поворот казахстанский аналитик Нурлан Жумагулов.
Однако, подчеркнул эксперт, речь идет не о полном снятии санкций с России, а о временном разрешении на определенные операции с российским дизелем. Даже если поставки в США увеличатся, общий российский экспорт может не вырасти пропорционально: топливо способно перенаправляться от других покупателей, то есть меняется только география торговли.
Эта ситуация показывает разницу между политикой и реальной экономикой. Санкционные условия могут измениться быстро, тогда как восстановление поврежденной установки требует времени. Политическое решение открывает возможность сделки, но само по себе не создает дополнительного дизеля.
Экспорт есть, но ограничения сохраняются
Продолжающиеся поставки российского дизеля в Центральную Азию и возможное расширение экспорта в США не опровергают проблем российской нефтепереработки. Экспорт поддерживают работающие предприятия, коммерческие запасы, перераспределение продукции и восстановление отдельных установок. Главный вопрос сегодня заключается в том, сможет ли Россия поддерживать экспорт в течение нескольких месяцев, одновременно обеспечивая внутренний рынок и компенсируя последствия новых атак.
Для Казахстана и других стран Центральной Азии важен не только объем поставок из России, но и предсказуемость снабжения. Пока Казахстан еще в процессе наращивания собственных перерабатывающих мощностей, значимость диверсификации импорта и устойчивость транспортной инфраструктуры для него возрастают.