Топливный кризис в России, начавшийся после атак на НПЗ в августе 2025 года, к лету 2026-го перешел в фазу устойчивого дефицита нефтепродуктов. К такому выводу пришли аналитики Teniz Capital Investment Banking, о чем подробно рассказали в своем свежем отчете. Там же они упомянули о влиянии ситуации в России, главном импортере топлива, на страны нашего региона.
Все свои выводы они подкрепляют цифрами. Так, переработка составляла 4,58 млн б/с в мае и около 4,1 млн б/с в июне. В отдельные дни показатель опускался ниже 4 млн б/с.
«Россия пробовала импортировать бензин из Индии, потом была поставка из Беларуси, но это все не покрывает объемов из своих НПЗ», — сообщают аналитики. По их мнению, наиболее чувствительными к топливному кризису могут быть не рядовые потребители на АЗС, а сельское хозяйство, тем более впереди уборочная кампания.
«Основной риск состоит в более медленной реализации зерна, росте минимальной цены для аграриев и ухудшении качества урожая», — отмечают эксперты.
Влияние на Казахстан
Средняя розничная цена дизеля в России приблизилась к 85 рублям, или 517 тенге, за литр, в то время как в Казахстане дизель стоит около 330-345 тенге за литр. Так и не понятно, ведет ли Россия переговоры с Казахстаном о поставке примерно 50 тысяч тонн бензина АИ-92. Минэнерго Казахстана дало двусмысленный ответ, мол, поставки возможны только на коммерческой основе и после официального обращения.
Сам по себе запрос (возможный или нет) не нарушает баланса на внутреннем казахстанском рынке топлива, но поставка во время ремонтов НПЗ и регионального дефицита однозначно повысит требования к запасам.
«Да, продать России бензин выгодно, чтобы заработать, но останется ли при этом запас внутри нашей страны?» — задаются вопросом аналитики.
Они считают, что Казахстан одновременно выступает потенциальным поставщиком и участником дефицитного рынка. Но, по их мнению, нынешний энергетический шок не является негативным для Казахстана.
«Рост стоимости нефти марки Brent повышает долларовую стоимость нефтяного экспорта, поступления в Нацфонд и предложение валюты. Это может частично компенсировать импортируемую инфляцию и поддержать тенге, — пишут аналитики, по при этом добавляют: — Однако более высокая нефть не гарантирует дешевое топливо внутри страны».
Что касается урожая в Казахстане, то страна входит в сезон с крупными переходящими запасами после урожая 2025 года. Было собрано 27,1 млн тонн зерновых, включая 20,3 млн тонн пшеницы.
«Рост расходов российских производителей сокращает их ценовое преимущество в Узбекистане, Таджикистане и Афганистане. Это улучшает относительную позицию казахстанской пшеницы, но выгода может быть ограничена дорогим топливом, железнодорожными тарифами и пропускной способностью маршрутов», — считают эксперты.
Ситуация в странах ЦА
Что касается остальных стран Центральной Азии, которые импортировали ГСМ из России, то у них разная степень уязвимости, считают аналитики Teniz Capital. Казахстан и Узбекистан располагают собственной переработкой, но зависят от импорта отдельных нефтепродуктов и сезонных поставок. Кыргызстан и Таджикистан сильнее зависят от готового топлива из России. Туркменистан обладает собственной сырьевой базой, однако его способность быстро увеличить региональный экспорт ограничена логистикой и контрактными обязательствами.
«Российский запрет или сокращение межправительственных поставок приведут не только к росту цен. Страны региона начнут конкурировать за одни и те же объемы из Китая, Азербайджана, Беларуси и Туркменистана», — подчеркивают эксперты.
Как упоминалось выше, Казахстан одновременно выступает потенциальным поставщиком и участником дефицитного рынка. Экспорт способен принести дополнительную выручку, но повысит риск внутренней нехватки топлива перед ремонтом ПНХЗ и во время уборочной.
Что касается Кыргызстана — эта республика представляет наиболее чувствительный региональный кейс. Страна почти полностью зависит от российского топлива, но располагает меньшими бюджетными и валютными возможностями для компенсации роста импортной цены.
А вот Узбекистан находится в промежуточном положении. Страна имеет собственную переработку, но импорт обеспечивает почти половину рынка бензина, а нехватка авиакеросина затронула работу узбекского национального перевозчика.
В России видят выход из кризиса в создании сети малых НПЗ
По данным российских СМИ, губернатор Забайкальского края Александр Осипов на совещании правительства с президентом России Владимиром Путиным предложил создать сеть малых нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ).
«Понятно, что враг будет наносить удары и крупные нефтезаводы будут находиться постоянно под угрозой. Может быть, рассмотреть возможность создания значительной сети мини-НПЗ в этих условиях? Мы смогли бы увеличить предложение на внутреннем рынке», — сказал Осипов.
Путин поддержал предложение: «Чем шире сеть, тем сложнее нанести ей ущерб».
Казахстанский эксперт по нефтегазовым проектам Каспийского региона Нурлан Жумагулов заявил, что нам бы тоже следовало рассмотреть развитие малотоннажных НПЗ вместо строительства одного крупного за 10-15 млрд долларов.
«Ярким примером может послужить НПЗ в Кулеви (Грузия): быстро и дешево», — заметил Жумагулов.
Гонконг поможет построить завод по авиационному топливу?
В Астане тоже ищут выход из сложившейся ситуации. В правительстве на днях изучили вопрос о строительстве дополнительных мощностей по производству авиационного топлива. Так, на днях заместитель премьер-министра Канат Бозумбаев провел встречу с делегацией гонконгских компаний Towngas и Full Vision Capital, где одним из вопросов было обсуждение строительства завода по производству устойчивого авиационного топлива (SAF) на базе технологий EcoCeres.
«Гонконгская Towngas предлагает производить авиатопливо по технологии EcoCeres, то есть из мусора и пищевых отходов», — говорится в сообщении пресс-службы правительства.
Как говорится в сообщении, компании Towngas и Full Vision Capital входят в число ведущих международных игроков в сфере зеленой экономики. Towngas является крупнейшей газовой и энергетической компанией Гонконга с более чем 160-летней историей, обслуживает свыше 100 млн потребителей в Китае и развивает проекты в области устойчивого авиационного топлива, накопления электроэнергии, возобновляемой энергетики и полупроводниковых технологий.
Топливный кризис в России, перешедший в фазу устойчивого дефицита, подтолкнул правительство активнее заняться наращиванием производства авиатоплива. Известно, что АО «НК «КазМунайГаз» и KazFoodProducts (KFP) пока еще изучают возможность строительства завода по SAF по технологии Alcohol-to-Jet (зерно — этанол — авиакеросин). Американская KBR занимается подготовкой пред-ТЭО. KFP уже занимается расширением завода по биоэтанолу с участием Chevron.
Известно также, что итальянский Maire Tecnimont в прошлом месяце подписал меморандум с «Самрук-Казына» по возможному строительству завода по SAF по технологии HEFA (отработанные растительные масла и жиры).
«Новые мощности по производству собственного авиатоплива — это хорошо, но нам бы еще подготовить инфраструктуру наших аэропортов под JET A-1, которые планируют залетать в Астану на дозаправку», — отмечает Нурлан Жумагулов.