Как Глобальный Юг намерен добиваться своей продовольственной безопасности в условиях роста населения и осложнения природно-климатических условий? Ответы на этот вопрос содержит июльский аналитический обзор «Аграрные технологии будущего: автоматизация сельского хозяйства в странах Глобального Юга», опубликованный телекомпанией TV BRICS.
Телекомпания сообщает, что в июне 2026 года Индия провела встречу министров сельского хозяйства стран БРИКС. На ней обсуждены вопросы продовольственной безопасности, климатически устойчивого сельского хозяйства, цифрового земледелия, ИИ, машинного обучения, роботизации и технологических инноваций в агросекторе.
По данным правительства Индии, на страны БРИКС приходится около 42 процентов мировых сельхозугодий. При таком раскладе цифровизация перестает быть элементом точечной модернизации и превращается в фактор трансформации всего продовольственного рынка и на Глобальном Юге. Причем переход к новой модели агропроизводства продиктован далеко не только технологическими тенденциями.
Рост населения усиливает нагрузку на продовольственные системы, тогда как возможности экстенсивного расширения сельхозпроизводства ограничены дефицитом воды и земли. Серьезным фактором становятся климатические изменения. Увеличение количества и частоты засух, наводнений и температурных аномалий делает урожайность и продуктивность менее предсказуемыми и усиливает перепады в обеспечении продовольствием населения. Чем отвечает на эти сложности Глобальный Юг?
TV BRICS выделяет три группы стран в трансформации агросектора. В первой государства, разрабатывающие собственные цифровые платформы, алгоритмы и технологические решения для управления сельским хозяйством. Ко второй группе относятся страны, внедряющие зарубежные разработки и адаптирующие их к особенностям национального сельского хозяйства. Третья группа — государства, где цифровизация агросектора находится на начальном этапе. Приоритет для них — развитие базовой цифроинфраструктуры, расширение доступа к современным технологиям и подготовка специалистов.
Государственно-централизованную модель последовательно реализует Китай. Ключевым элементом здесь является контроль над информацией и алгоритмами управления агропроизводством. В рамках национальной стратегии создаются единая платформа сельхозданных, система мониторинга сельхозземель и национальные ИИ-решения для аграрного сектора.
В отличие от централизованного подхода КНР Индия ориентируется на масштабное подключение фермеров к цифровым сервисам, финансовым инструментам и рыночной инфраструктуре. Цифровизация здесь становится механизмом интеграции миллионов мелких производителей в единую экономическую систему без непосредственного участия государства.
Бразилия формирует рыночно-ориентированную модель, основанную на взаимодействии государства, науки и частного сектора. По данным госкорпорации Embrapa, в стране работает более двух тысяч агротехнологических компаний, 83 процента которых используют цифровые решения и ИИ. Эта модель демонстрирует альтернативный подход: государство создает условия для развития инновационной среды, но не управляет цифровой инфраструктурой централизованно.
Гибридная модель формируется в РФ, где цифровая трансформация АПК опирается на государственную централизацию и ставку на развитие частных цифровых решений. К концу 2026 года в России будет создана единая цифровая платформа агрокомплекса с применением технологий ИИ. Параллельно правительство утвердило механизм компенсации до 50 процентов затрат на научно-технологические проекты в базовых секторах АПК.
Технологическая трансформация сельского хозяйства не ограничивается странами БРИКС. Аналогичные процессы разворачиваются в других странах Глобального Юга, где цифровые решения становятся ответом на природно-климатические осложнения.
ОАЭ развивают капиталоемкую модель, в которой технологические решения компенсируют природные ограничения за счет масштабных госинвестиций. Эфиопия опирается на международное партнерство, а Индонезия — на госпрограммы, в том числе «Цифровой фермер». Египет реализует комплексную модель цифровой трансформации сельского хозяйства с участием Национального управления дистанционного зондирования и космических наук (NARSS). Иран сделал ставку на технологическую автономию, развивая для сельского хозяйства собственные ИИ-решения.
Вьетнам выполняет также гибридную государственно-частную Национальную программу цифровой трансформации агропрома. В Кении развитие цифрового агросектора строится вокруг государственных платформ. Нигерия и Уганда реализуют программы цифровой трансформации сельского хозяйства, облегчающие доступ фермеров к метеорологическим данным, финансовым услугам и рынку сбыта.
Как отмечает TV BRICS, при всех различиях автоматизация становится важным фактором повышения долгосрочной конкурентоспособности агросектора Глобального Юга и более рационального использования природных ресурсов в целом.