Мы в соцсетях:

Новое поколение
  • Введите больше 3 букв для начала поиска.
Все статьи
Спустя век после «Черного квадрата»
КультураИскусство

Спустя век после «Черного квадрата»

Выставка Георгия Макарова в Алматы: диалог с наследием Казимира Малевича

В Национальном музее искусств РК имени Абылхана Кастеева открылась выставка Георгия Макарова «Разговоры с Малевичем». Экспозиция объединила 34 произведения, выполненных в технике акриловой графики и в форме арт-объектов. Обращаясь к художественному наследию Казимира Малевича и основанному им супрематизму, автор предлагает собственное прочтение идей русского авангарда, выстраивая своеобразный диалог с одним из наиболее влиятельных художников XX века.

Георгий Макаров родился в 1969 году в Караганде, в 1988-м окончил Карагандинское педагогическое училище. С того же года живет и работает в Алматы. Занимался преподаванием живописи и композиции, в настоящее время руководит художественной студией NEW при галерее Arvest. С 1996 года участвовал более чем в 50 международных, республиканских и региональных выставках, провел 17 персональных. С 2024 года является членом Союза художников Республики Казахстан. Также его приглашали в состав жюри ежегодного конкурса British Council на лучшее арт-произведение.

Работы художника представлены в музейных собраниях, в том числе Национального музея искусств имени Кастеева, Карагандинского музея изобразительного искусства, Музея изобразительных искусств имени семьи Невзоровых в Семее, а также Cyprus Museum of Modern Arts (Северный Кипр). Его произведения также находятся в частных коллекциях Казахстана, России, Польши, США, Канады, Германии, Австралии, Италии и других стран.

Эльвира выставка  (2).JPG

В 1915 году Казимир Малевич представил «Черный квадрат» — произведение, ставшее символом радикального пересмотра традиционных представлений о живописи и одним из знаковых образов искусства прошлого столетия. Отказавшись от изображения узнаваемого предметного мира, художник обратился к самостоятельному языку цвета и геометрических форм, заложив основы супрематизма. Спустя 111 лет Георгий Макаров возвращается к этому художественному открытию, стремясь не столько повторить визуальные решения предшественника, сколько осмыслить их значение и продолжить разговор о возможностях искусства. Об этом повествует его новая выставка, встретившая первых зрителей в пространстве музея искусств имени Кастеева 6 ноября.

Малевич, основоположник супрематизма, теоретик и одна из ключевых фигур русского авангарда, оказал значительное влияние на развитие беспредметного искусства, конструктивистских и архитектурных поисков. Его эксперименты с геометрическими формами и пространством, стремление создать универсальный художественный язык стали отправной точкой для множества последующих художественных практик. Для Георгия Макарова обращение к наследию Малевича оказывается очередным этапом собственного творческого поиска, направленного на освоение новых идей и способов их воплощения.

Эльвира выставка  (3).JPG

В экспозиции живопись вступает в диалог с графикой, плоскость переходит в объем, абстрактные формы соседствуют с фигуративными образами, а чистые цвета — черный, красный, белый — и геометрия становятся инструментами организации пространства. Примечательно и само количество представленных произведений: 34 работы отсылают к изданию Казимира Малевича «Супрематизм. 34 рисунка», созданному в Витебске в 1920 году. Таким образом, связь с творчеством художника заложена еще и в структуре проекта.

Обращаясь к супрематическому наследию, Макаров выстраивает собственную художественную систему, которую определяет как инженерный супрематизм. В ней искусство сливается с наукой, а эмоциональный импульс — с математической точностью и расчетом. Геометрические формы, круги, квадраты и другие элементы становятся основой композиций, построенных на ритме, контрасте цветов, взаимодействии плоскости и объема, игре масштабов, противостоянии статики и динамики. Художник экспериментирует с привычными законами организации пространства, создавая впечатление, будто геометрические фигуры освобождены от земного притяжения и существуют в собственном, почти космическом измерении.

Эльвира выставка  (4).JPG

Визуальный язык работ включает и узнаваемые отсылки к разным периодам творчества Малевича. Плоские фигуры, напоминающие мишени, перекликаются с образами его постсупрематического крестьянского цикла, а загадочные геометрические сооружения вызывают ассоциации с архитектонами, объемными пространственными моделями, в которых художник развивал свои представления о новой архитектуре. Круг и квадрат, сведенные к предельно лаконичным формам, вновь оказываются в центре художественного эксперимента.

Особое место в проекте занимает игра с иллюзией и восприятием. В акриловой графике Макаров обращается к приему имитации: антропоморфные силуэты, напоминающие кегли или мишени, выглядят как бумажные фигуры, вырезанные по шаблону из сложенного пополам листа. Изображенные предметы словно удерживаются на поверхности нарисованным бумажным скотчем. Особенно выделяется тут произведение «Новая икона» с тем самым приклеенным к стене бананом, ставшим символом абсурда арт-рынка, а также провокацией для критиков и коллекционеров.

Эльвира выставка  (5).JPG

В этих произведениях изображение имитирует предмет, рисунок создает иллюзию объема, а плоскость претендует на роль реального пространства. При этом Макаров не стремится скрыть условность происходящего: в композиции вторгаются графики, математические функции, цифровые расчеты и текстовые комментарии, обнажающие сам механизм построения изображения.

Эта игра продолжается и в объемных работах: плоскость словно сжимает пространство, чтобы затем вновь выйти за его пределы и обрести форму контрастного геометрического рельефа. Так художник исследует переходы между двухмерным и трехмерным, видимым и осязаемым, реальным и воображаемым.

Эльвира выставка  (6).JPG

Новое прочтение получает и любимый жанр натюрморта. В натюрмортах-обманках предметы вступают в игру друг с другом, меняют привычное положение и ставят под сомнение устоявшиеся представления о реальности. Природное сталкивается с рукотворным, человеческое — с техногенным, плоскость спорит с объемом, а видимость — с действительностью. Макаров создает иллюзию и раскрывает принципы ее устройства, приглашая зрителя внимательнее всмотреться в привычные вещи и усомниться в очевидности собственного восприятия.

Фото Талгата Галимова

Читайте в свежем номере: