Обещания нашего Правительства не трогать деньги Национального фонда поразительно напоминают клятвы хронически худеющего человека не есть после шести вечера. Днем мы полны решимости и аскетизма, а глубокой ночью обнаруживаем себя у открытого холодильника с куском торта в руках.
Двадцать пятого августа министр национальной экономики Серик Жумангарин презентовал нам макроэкономическое меню на ближайшие три года. Картина, если верить слайдам, вырисовывается просто эпическая.
ВВП должен рвануть вверх на 5-5,5 процента в год, а его номинальный объем к 2029 году разбухнет с нынешних 199 до 245 триллионов теңге. Драйверами этого праздника жизни назначены сельское хозяйство, обрабатывающая промышленность и, конечно же, его величество строительство.
Звучит как музыка? Еще как звучит! Но если прислушаться, в этом оркестре явно фальшивит первая скрипка (или ведущий вокал…).
Заложенные министерством цифры – это, позволим себе заметить, никакой не рыночный триумф, а рост с ярко выраженной «допинговой» накачкой. Экономика будет расти не потому, что отечественный частный бизнес расправил крылья, убедил бюрократию вести себя в рыночных рамках, и начал агрессивно завоевывать мировые рынки. Нет. Она якобы вырастет, потому что государство вольет в нее очередную конскую дозу стероидов в виде триллионных вливаний, и прежде всего в «большую стройку».
Однако давайте будем объективны: в кои-то веки в действиях Кабмина все же появилась здравая логика. Казахстан действительно остро нуждается в этой стройке. Наши ржавые теплотрассы, дышащие на ладан ТЭЦ, изношенные школы и разбитые дороги давно взывают о помощи.
Инвестировать в реальную, осязаемую инфраструктуру — это концептуально куда более зрелый путь, чем наше излюбленное национальное развлечение прошлых лет.
Помните? Мы ведь годами выгребали из Нацфонда сотни миллиардов, чтобы спасать лопнувшие частные банки, бенефициарами которых были весьма состоятельные господа, или спускали деньги на имиджевые мегапроекты вроде ЭКСПО и циклопических бетонных опор ЛРТ, ставших памятниками чиновничьему абсурду.
Именно этот, тянущийся десятилетиями шлейф провалов, намертво впечатал в народное сознание слово «разбазаривание».
И вот на открытии первой сессии обновленного однопалатного Курултая 28 августа Президент Касым-Жомарт Токаев постарался остудить пыл критиков. «Ни о каком бесцельном расходовании данных средств не может быть и речи. Такие домыслы распространяют несведущие и недобросовестные люди», — жестко отрезал глава государства.
И его логика более чем понятна и вызывает искреннее уважение: детям нужно оставить не только виртуальные цифры на счетах, но и физически работающую, крепкую страну.
Мы ни в коем случае не подвергаем сомнению слова Президента. Идея великолепна. Но вот практика... Она, упрямая, показывает, что между поручением главы государства и его исполнением руками Правительства пролегает огромная пропасть, на дне которой часто исчезают бюджеты.
А аппетиты Кабмина пугают. Еще год назад чиновники били себя в грудь, обещая слезть с нефтяной иглы и полностью отказаться от целевых трансфертов. И что мы видим сегодня? Бюджетной дисциплины хватило ровно до первых трудностей. А налоговых доходов катастрофически не хватает, и Правительство снова лезет в кубышку. Из Нацфонда за три года планируется изъять почти 12 триллионов теңге!
Выкачивать такие объемы из фонда (хотим подчеркнуть и напомнить — из сбережений будущих поколений) — это не играть ли с огнем?!
На этот, с позволения сказать, парадокс, к слову, тонко намекнул на том же заседании Правительства 25 августа глава Нацбанка Тимур Сулейменов. Нельзя одновременно заливать экономику триллионами и надеяться снизить инфляцию до шести процентов. Если наши подрядчики кинутся покупать импортные трубы, насосы и краны, деньги просто утекут за рубеж. Курс теңге просядет, а рядовой казахстанец, придя в супермаркет, оплатит этот инфраструктурный банкет из своего похудевшего кошелька через инфляционный налог.
И именно Сулейменов предложил спасательный круг, за который Правительству стоит ухватиться мертвой хваткой. Да, да, это пресловутый «цифровой теңге», о котором в последнее время не говорит только ленивый, но «пощупать» его в деле никто пока не может.
Если же окрасить каждый выделенный на стройку тиын, можно будет отследить его путь от казначейства до последнего гвоздя. И тогда бюджет на новую котельную магическим образом не превратится в новенький особняк подрядчика где-нибудь в предгорьях Алматы.
Впереди 2027 год. Утверждать этот парадоксальный, сшитый из амбиций и трансфертов бюджет предстоит новому однопалатному Курултаю. Для него сей рубеж станет первым настоящим экзаменом на политическую если не зрелость (откуда ей пока взяться?), то уж честность и принципиальность, это во всяком случае.
Смогут ли народные избранники заставить Правительство тратить прозрачно или мы снова просто проедим свое будущее под громкие аплодисменты? Посмотрим (причем внимательно). Главное — чтобы после сытного ужина нам не выкатили счет, который мы не сможем оплатить.