С 1 сентября этого года наше, вне всякого сомнения, заботливое Правительство совершило жест поистине родительской щедрости.
Нам позволили забрать все сто процентов обязательных пенсионных накоплений из-под теплого, но изрядно уставшего крыла Нацбанка и ЕНПФ и пустить их в свободное плавание по волнам частного капитала. Вручили штурвал. Так нам радоваться или начинать тихо паниковать? Попробуем разобраться, пока пиво не остыло…
Пейзаж: уныло, но стабильно
27,5 триллиона теңге. Цифра звучит гордо. Как тост на генеральской свадьбе. Почти сто процентов этого астрономического богатства сегодня охраняет Национальный банк. Охраняет надежно, спору нет. Как часовой у порохового склада. Только вот незадача: инфляция этот склад потихоньку растаскивает прямо через черный ход, пока часовой марширует у парадного.
Нацбанк с упрямством старого прапорщика придерживается крайне консервативной стратегии. Покупает государственные ценные бумаги. И сидит. Ждет погоды. В прошлом, 2025 году главные государственные финансисты наскребли 7,43 процента доходности. Много это или мало?
Спросите у ценников в ближайшем супермаркете. В мае уже этого года Нацбанк и вовсе показал феноменальный результат… нулевую доходность. Ноль, понимаете? Дырка от бублика. Теңге укрепился, курсовая переоценка сыграла злую шутку, и наши с вами денежки на старость просто постояли на месте.
А инфляция, между прочим, за семь месяцев составила 5,7 процента — она резвая и изворотливая, не стоит на месте, а любит бегать трусцой. Причем всегда в одном и том же направлении — по восходящей.
На другом берегу этой финансовой реки обитают частники. Управляющие инвестиционным портфелем. Звучит солидно. На рынке их сейчас шесть штук, среди которых ребята из «Сентраса», «Халыка», BCC и пр. Они, словно голодные волки, рыщут по рынку в поисках прибыли, что диктует стратегию куда более агрессивную. И, как следствие, здесь сытнее...
В прошлом году частники выдали доходность от 8 до 14 процентов годовых. А за семь месяцев этого года лидеры уже перевалили за 9,7 процента. Разница налицо. Государство инвестирует скучно, а частники весело. Но за веселье, как известно из опыта посещения любых соответствующих заведений, всегда приходится платить.
Искусство элегантно умывать руки
А в Астане между тем, видимо, окончательно устали слушать народный плач по поводу тающих накоплений. Раньше нам давали поиграться лишь с половиной суммы. Теперь правила изменились. Сентябрьские поправки в Социальный кодекс, как бы помягче выразиться, — не бумажка в форме отписки, грех их так называть. Похоже, что произошел какой-то концептуальный поворот в картине происходящего.
Логика чиновников безупречна и гуманна в своей циничности. Хотели капитализма? Мечтали стать инвесторами? Пожалуйста. Забирайте все сто процентов. Все обязательные взносы (ОПВ и ОППВ), теперь их можно перевести частным брокерам. Воля!
Но закон не просто открыл калитку, а выставил целую витрину: теперь у управляющих компаний есть право формировать три вида инвестиционных портфелей. Консервативный. Умеренный. Рискованный. Прямо как в пивной: светлое, нефильтрованное и крепкий ерш.
Вкладчик теперь не бесправный пассажир, а сам себе режиссер. Можно раскидать деньги между разными компаниями. Половину отдать консерваторам, половину — любителям риска. Почувствовать себя настоящим волком с Уолл-стрит, не вставая с продавленного дивана.
А суть происходящего проста. Государство меняет парадигму. От патерналистского «мы сохраним твою копеечку» к суровому западному «твоя пенсия — твоя личная головная боль». Свобода выбора. И звучит красиво... Но у любой медали есть обратная сторона, обычно шершавая и холодная.
И упоение летать над пропастью
Тут начинается самое интересное. Передавая сто процентов частнику, вы добровольно, находясь в здравом уме и твердой памяти, отнюдь не в предынсультном тумане, отказываетесь от уникальной казахстанской фишки — государственной гарантии.
В чем тут немилосердная суть? Сейчас государство гарантирует, что ваши денежки в ЕНПФ не сгорят в пылкой страсти инфляции. Если цены за годы выросли вдвое, а Нацбанк заработал меньше, государство при вашем выходе на пенсию достанет из широких социальных штанин кровные бюджетные и компенсирует разницу. Это железный парашют. Теплая ванна после прогулки по промозглой осенней погоде.
Как только вы переводите всю сумму частнику — все, парашют сдувается, ванна остывает моментально, ибо гарантия аннулируется. Сгорает синим пламенем. Если выбранная вами управляющая компания вложит вашу будущую пенсию в акции фабрики по производству левосторонних отверток, и они рухнут, то вам вряд ли кто-нибудь что-нибудь компенсирует.
В общем, сладкое слово «компенсация» больше не будет ласкать ваш чувствительный слух. Пенсия усохнет. Жаловаться придется только собственному отражению в зеркале.
Но ЕНПФ при этом никуда не исчезает. Он остается флегматичным писарем при штабе. Бухгалтером, который будет просто хранить записи на вашем счете и с красивым каллиграфическим равнодушием фиксировать ваши убытки или прибыли.
Развеем главную иллюзию. Перевод денег частнику не означает, что вы можете снять их на карточку и купить подержанную «Тойоту». Забудьте. Это все еще пенсия.
То есть это деньги, правда, виртуальные — пощупать их нельзя. И еще один сюрприз: вернуть их обратно под консервативное крыло Нацбанка, если вы вдруг потеряли сон от первых же минусов в отчете, можно будет не раньше, чем через год-два после перевода. То есть быстро засыпать и не вставать по ночам не выйдет. Это игра вдолгую.
И что нам со всем этим делать?
Говорим сие отнюдь не в виде назидания, а исключительно ради поддержания общественного тонуса: если вам, к примеру, уже полтинник, и пенсия неумолимо маячит на горизонте, как айсберг перед «Титаником», — сидите ровно.
Ваш выбор — консервативные стратегии. Или, точнее, ненавязчивые, но все же теплые объятия Нацбанка с его госгарантией. Сердце в вашем возрасте нужно беречь, а не проверять его на прочность графиками биржевых сводок и скачками индексов. Вам нужны именно гарантии, сиречь теплая ванна, а не адреналин.
Если же вам тридцать, то в запасе уйма времени и столько же лет до заслуженного отдыха. Можно рисковать. Рассматривайте умеренные или рискованные портфели частников. За три десятилетия рынок успеет сто раз рухнуть на дно и двести раз отжаться обратно. На длинной дистанции агрессивные стратегии всегда обгоняют инфляцию.
Процедура перевода проста до армейского анекдота: заходите на сайт инвестиций ЕНПФ. Смотрите реестр шести компаний и их историческую доходность. Авторизуетесь с помощью ЭЦП. Жмете пару кнопок в разделе услуг. Выбираете компанию. Указываете сто процентов суммы. Подписываете. Через тридцать дней ваши деньги покинут скучную государственную гавань.
Главное, помните: частник берет комиссию до 7,5 процента от инвестиционного дохода. То есть он зарабатывает только тогда, когда зарабатываете вы. Это успокаивает. Никто не хочет работать бесплатно. Сто процентов свободы теперь означают сто процентов личной ответственности. Думайте головой. Считайте. И не говорите потом, что вас не предупреждали.