(Окончание. Начало в предыдущих номерах.)
Увидеть выросшего ребенка лучше себя самих, в том числе интеллектуальнее отца с матерью — заветная мечта каждого родителя. И горько лицезреть, когда 20-25-летнее чадо знает во сто раз больше 45-50-летних родителей, но проигрывает им в логике мышления и человечности — обязательных составных интеллекта. Так уже произошло на развитом Западе, где выросло поколение, в целом уступающее когнитивным способностям родителей.
Диву даешься
Западная наука связала эту драму с цифровизацией образования и внедрением в него ИИ. Эта тенденция не обходит стороной и Казахстан, о чем с тревогой высказывались участники и авторы первого в стране комплексного исследования об ИИ в средней школе отечественным центром прикладных исследований Talap. Тревожится не он один. Свой вклад в изучение проблемы вносит одна из старейших маркетинго-исследовательских компаний страны BRIF Research Group.
Ее основатель и глава Александр Рузанов рассказал о совместном с зарегистрированной в Нидерландах фирмой Summon Futures исследовании о казахстанской молодежи, в том числе о роли в ее жизни ИИ, на восьмой конференции Kazakhstan Marketing Conference — 2026 в январе текущего года в Алматы. «Появление и развитие ИИ можно рассматривать как темную лошадку, так как никто, даже его создатели, не имеют ясной картины последствий его появления и активного внедрения во все сферы жизни», — подчеркивает Рузанов в статье по итогам конференции для издания Tribune.kz.
Содержание электронного ресурса BRIF показывает, что в первую очередь компанию интересует влияние цифровых технологий и ИИ на юное поколение. Причем в изучении проблемы участвует сама молодежь — алматинские студенты, часть которых совмещает учебу с работой в BRIF.
«Сабина Абуданаш и Даниял Есенин, студенты-социологи 4-го курса Университета Нархоз, записали подкаст как задачу, поставленную преподавателем, — сообщает Александр Рузанов, анонсируя почти часовую видеозапись. — Темой взяли «Как ИИ влияет на человека и общество, какие есть возможности и риски». И пригласили поучаствовать меня. А мне эта тема очень-очень интересна. И мы в BRIF Research Group проводим исследования на эту тему. Поэтому я с удовольствием и азартом согласился. Мы обсуждали, как развивается ИИ в Казахстане, как он может повлиять на мышление человека, на взаимоотношения между мужчинами и женщинами, какие риски в том, что ИИ глубоко внедряется в сферу личных дел человека. И много чего другого».
Более длительный подкаст для BRIF на тему «Цифровое выгорание — один из серьезных рисков быстрого развития цифровизации. Что с этим делать?» самостоятельно провели 20-летние студенты-социологи Айзере Адилшайыкова (сотрудник BRIF), Жулдыз Мараткызы и Айдана Серикбаева. Слушая и читая перечисленную студенческую молодежь, частного предпринимателя Рузанова, участников и авторов исследования частного центра Talap, диву даешься, насколько их суждения серьезнее, острее и тревожнее, чем публичные речи больших государственных начальников о «цифре» и ИИ в образовании.
Обо всем, кроме тревожного
О чем только они ни вещали после Послания Президента «Казахстан в эпоху искусственного интеллекта: актуальные задачи и их решения через цифровую трансформацию» и объявления 2026-го Годом цифровизации и ИИ, подчас противореча самим себе или демонстрируя удивительное благодушие.
Вот, например, отрывок из интервью изданию BAQ.KZ министра науки и высшего образования РК Саясата Нурбека в ноябре 2025 года после форума «Казахстан — территория академического образования»: «…Самое главное — сохранить человеческое измерение. Технологии приходят и уходят, а миссия образования остается прежней — служить человеку, развивать мышление, формировать ценности и воспитывать лидеров. Как говорится в древней пословице, «Общество становится великим, когда люди сажают деревья, в тени которых им не суждено сидеть». Сегодня Казахстан сажает именно такие деревья — деревья образования, науки и возможностей. Под их сенью вырастет поколение, которое сделает нашу страну сильной, справедливой и конкурентоспособной».
Как красиво сказано! Но вот пассаж Саясата Нурбека из интервью журналу Forbes.kz в марте текущего года: «Мы увлеклись переделыванием учебных программ, модными «мягкими навыками», эмпатией и еще чем-то. Но это не помогает человеку, который, пройдя через систему образования, вдруг сталкивается с суровой правдой жизни».
Перед ней, выходит, эмпатию можно отбросить или она вообще не нужна уже со студенческой скамьи? Но разве не обладают высшей формой сопереживания — перед будущим — люди, сажающие «деревья, в тени которых им не суждено сидеть»? Возможно ли «великое общество» без эмпатии большинства людей близким и дальним соотечественникам? Какими вырастут «деревья образования, науки и возможностей», посаженные под руководством министра, двояко толкующего человеческое измерение? Тем более «деревья» оцифрованные и запряженные ИИ — темной лошадкой, скачущей туда, куда не знают даже ее заводчики.
Не менее красиво высказалась в недавнем видеообращении о новой модели образования его правительственный куратор вице-премьер — министр культуры и информации Аида Балаева: «Новая Конституция усилила стратегический курс развития человеческого капитала, образования и науки, инноваций. И это не просто направления развития. Мы говорим о будущем Казахстана. Речь идет о смене самой траектории развития страны — переходе к экономике, где главным ресурсом становится интеллект, знания и технологии. Мы вступили в эпоху стремительной технологической революции, которая способна перевернуть человеческое мышление, трансформируя вокруг все и прежде всего экономику и рынок труда».
Да вот беда, не уточнила вице-премьер, как именно технологическая революция с цифровизацией и ИИ в авангарде «переворачивает человеческое мышление» и «трансформирует вокруг все». Неужели Аида Балаева полагает само собой разумеющимся, что этот процесс ведет к позитиву повсюду, включая образование и человеческое мышление? Если да, то рекомендуем вице-премьеру — министру прочитать первые две части настоящих заметок.
Приоритеты, задачи и деталь
В начале текущего апреля с разрывом в сутки Касым-Жомарт Токаев принял министров науки и высшего образования и просвещения Саясата Нурбека и Жулдыз Сулейменову. По сообщениям Акорды, первый доложил главе государства о приоритетах ведомства и реализации стратегических инициатив, а вторая — об итогах минувшего года и задачах на 2026-й.
Руководитель МНВО представил меры для создания систем развития человеческого капитала и управления талантами, результаты исследования рынка труда и прогноз потребности в кадрах до 2030 года. Министр рассказал о расширении доступа к высшему образованию и ходе национального движения AI-Sana, запуске проекта AI-Enabled University (университет нового типа с интеграцией ИИ в образование и производство) и планах создания наукоемких территорий.
Министр также сообщил о переходе к модели развития DeepTech, в которой ключевым элементом станет взаимодействие высшей школы с региональными акиматами. Этот механизм включает научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, создание промышленных образцов и запуск производств. Особое внимание МНВО уделяет господдержке ученых, включая гранты, стажировки, премии и жилье молодым кадрам.
Выслушав Саясата Нурбека, президент дал министру ряд поручений, направленных на повышение качества высшего образования и филиалов зарубежных университетов в Казахстане, развитие инфраструктуры науки, исследований и коммерциализацию их результатов, а также на стимуляцию инноваций.
Жулдыз Сулейменова рассказала главе государства о ходе обновления школьных программ и учебников для продвижения ценностей новой Конституции РК. В рамках движения «Таза Казахстан» разрабатывается стандарт экологического образования. В школах внедряется единая программа воспитания «Адал азамат». Министр сообщила, что проведен анализ начального образования. Учебные программы для него пересматриваются с усилением навыков чтения, письма и арифметики.
Глава Минпроса также привела цифры о строительстве и вводе в эксплуатацию детсадов и школ, подключении последних к интернету (99 процентов), продолжении цифровизации среднего образования и обучении учителей работе с ИИ. Министр также получила от Президента ряд поручений. Среди них повышение качества образования и его доступности, сокращение дефицита ученических мест, развитие подготовки рабочих кадров, эффективное использование бюджетных средств и цифровая трансформация образования, включая реализацию проекта Qazaq Digital Mektebi.
Как видим, все затронутые на обеих встречах вопросы важные. Но входят ли в приоритеты МНВО, а в задачи Минпроса анализ и повышение умственных способностей студенчества и школьников, осталось неизвестным. На то, что с когнитивкой не все ладно у младшеклассников, указывает лишь деталь — упоминание Сулейменовой о пересмотре программ для начальной школы с акцентом на чтение, письмо и арифметику. Это хорошо, но пересмотр и акцент вряд ли потребовались бы, ни испытывай многие младшеклассники в указанных навыках сложностей.
Не беремся утверждать, каковы реалии в Казахстане в целом. Но со стороны складывается впечатление, что сильно беспокоящий мыслящую часть мирового сообщества негативный эффект от длительной цифровизации, а с 2023 года — и имитации интеллекта (ИИ) на умственные способности детей и молодежи не учитывается или замалчивается на государственном уровне в Казахстане.
Идеологическая составная
Летом прошлого года Касым-Жомарт Токаев призывал госслужащих внимательно изучить программный документ Дональда Трампа America’s AI Action Plan («Американский план действий по ИИ») и сделать из него практические выводы. За три дня до этого призыва «Новое поколение» опубликовало свой анализ и названного плана, и приказа Трампа для выполнения замысла. Безусловно, содержание обоих документов полезно знать не только госслужащим, но и тем, кто занимается разработкой и внедрением ИИ. Но наш практический вывод состоит в том, что из заокеанского варианта вряд ли что применимо в Казахстане.
Например, Трамп предписал деидеологизацию, прежде всего отказ в моделях ИИ от пресловутой DEI — идеологии «Разнообразие, равенство и инклюзивность», доведенной ультралибералами до абсурда. Они, в частности, навязывали американскому бизнесу квоты на прием на работу определенного числа женщин, мужчин, белых, черных, латинос, инвалидов, гомосексуалистов, лесбиянок. Далее — по списку без учета умственных способностей и профессионализма граждан.
Но Трамп потребовал полной деидеологизации ИИ, а это уже лукавство, шитое белыми нитками. «Америка превыше всего!» — вот квинтэссенция трамповской идеологии, с которой он стал главой государства и в 2016-м, и в 2024-м. Подходит ли для Казахстана «Казахстан превыше всего!»? Ответ очевиден.
Но и отсутствие государственной идеологии, в том числе в цифровизации и ИИ в образовании — это критический риск. Свято место пусто не бывает — не имеешь своей идеологии, к тебе обязательно влезет чужая. Жизненно важно иметь собственную. А с этим в отечественной средней и высшей школе большая проблема, поскольку образование страны завязано на западные электронные учебные программы и модели ИИ.
Передовая невидимого фронта
«Благодаря распространению гаджетов и соцсетей в мире быстро теряется умение читать, писать, считать, критически оценивать информацию, — говорил в августе 2025 года известный казахстанский политолог Данияр Ашимбаев. — Внедрение искусственного интеллекта отучает людей думать и убивает остатки когнитивных способностей. Наши Минпрос и Минцифры начинают «поэтапное внедрение элементов искусственного интеллекта в школьный процесс» начиная с учеников 1-4 классов. Заметьте: никому в голову даже не пришло провести исследования о воздействии этого софта на умственное и психическое развитие детей».
Комментируя позицию Ашимбаева, сайт Eurasia 24 обратил внимание, по его мнению, на определенное противоречие в речи Касым-Жомарта Токаева тогда же, в августе 2025-го, на конференции с учителями в преддверии начала нового учебного года.
В одном месте выступления глава государства говорит: «Чтобы уберечь детей от социальных пороков, необходимо формировать у них критическое мышление. Не секрет, что подрастающее поколение проводит много времени в интернете и социальных сетях, где они могут легко попасть под влияние ложных идей и разрушительных моделей поведения».
В другом месте Президент утверждает: «Необходимо целенаправленно обучать детей с раннего возраста технологиям искусственного интеллекта. Эти навыки станут залогом их конкурентоспособности в современном мире».
«А вдруг это ИИ так подставил Президента?» — резюмирует комментарий Eurasia 24.
Шутки шутками, но наблюдатели из числа действующих военных и гражданских психологов, бывших разведчиков и специалистов IT-индустрии всерьез оценивают современное образование передним краем невидимой когнитивной войны во всех частях света. «Когнитивная война — это стратегия подчинения противника через изменение его мышления, памяти и поведения без прямого насилия, — выдает характеристику явления нейросеть. — Эта война направлена на воздействие на высший уровень мышления человека, его смыслы и ценности, которые предопределяют его поведение». В том числе с помощью ИИ и образовательных программ.
Именно изучение влияния цифровизации и имитации интеллекта на мышление казахстанцев, прежде всего детей и молодежи (постоянный мониторинг и анализ), а также выработка научных основ для распознавания когнитивных войн против населения республики, на наш взгляд, должны стать главными приоритетами в работе отечественного Университета ИИ.