Встреча с Людмилой Сурхай (Кощегуловой) заставляет полностью переосмыслить привычный исторический ландшафт современной столицы. Раскладывая на столе редкие архивные кадры и пожелтевшие свидетельства ушедшей эпохи, правнучка знаменитого акмолинского предпринимателя Баймухамета Кощегулова предлагает по-другому взглянуть на историю столицы.
— Посмотрите на эти снимки, — говорит Людмила. — Современная Астана привыкла к стеклу и бетону, но под этим слоем скрывается живая история. Каменные особняки рушатся, деньги обесценивается, и только просвещение остается в вечности. Мой прадед Баймухамет Кощегулов прекрасно это понимал: он создавал не просто капитал, он создавал город.
Наш разговор заставляет усомниться в стереотипах о купцах как о жадных и ограниченных дельцах. Фигура Баймухамета Кощегулова — купца первой гильдии и почетного гражданина Акмолинска — пример удивительного для своего времени масштаба мышления. Свою промышленную империю в самом сердце Сарыарки он построил с нуля, начав с рискованной караванной торговли в бескрайней степи.
Главным прорывом для Акмолинска стало открытие Кощегуловым в 1895 году конфетно-пряничной фабрики. Это было передовое по тем временам пищевое предприятие, оснащенное новейшим оборудованием, которое привезли из Франции. Фабрика выпускала тонны сладостей: ароматную карамель, монпансье в жестяных коробках, галеты и знаменитые печатные пряники. Кощегуловские кондитерские изделия разлетались по крупнейшим ярмаркам Сибири и Урала. Бренд «Кощегулов и сыновья» стал в Степном крае главным гарантом качества. Продукция завоевывала престижные награды на художественно-промышленных выставках, а в 1915 году фабрике было присвоено почетное звание «Поставщик Двора Его Императорского Величества».
— Прадед был жестким и точным в делах, но заработанные миллионы он тратил не на роскошь, — рассказывает Людмила Сурхай. — Он понимал, что Степи как воздух нужны грамотные люди. Поэтому народное образование стало его личным проектом.
Главным делом жизни и личным проектом Баймухамета Кощегулова стало народное образование, в которое он вкладывал огромные средства. На личные деньги прадед спроектировал и возвел в Акмолинске просторную мусульманскую школу (медресе). Купец полностью содержал это учебное заведение: закупал книги, формировал богатую библиотеку и платил преподавателям высокое жалованье, чтобы привлечь в Степь лучших наставников. Благодаря новой методике в этом заведении произошел настоящий образовательный переворот для степной молодежи. Здесь не просто заучивали тексты, а получали фундаментальные светские знания, изучали литературу, математику и географию. Кощегуловское медресе быстро превратилось в крупнейший интеллектуальный центр всей Сарыарки. Сюда съезжалась талантливая молодежь со всего края, а многие его выпускники позже составили костяк новой национальной интеллигенции начала ХХ века. Это здани в отличие от мечети, чудом уцелело до наших дней. Изначально одноэтажное, из обожженного кирпича, оно было перестроено и находится на пересечении улиц Абая и Мамбетова. Сегодня в нем располагается отделение банка.
Краеведы прошлых лет часто путали объекты, созданные купеческой династией, но правнучка мецената по архивным картам восстанавливает точную хронологию и географию. В 1920 году в Акмолинске дотла сгорела старая деревянная мечеть. Тогда сыновья Баймухамета, продолжая отцовское дело, решили построить на ее месте величественный каменный храм из обожженного кирпича.
— Она находилась на пересечении современных столичных улиц Иманова и Ауэзова, — уточняет Людмила Сурхай, показывая старую панораму. — В те годы сама улица Иманова так и называлась — Мечетная. Это было грандиозное сооружение с высоким, устремленным в небо минаретом — самое высокое и красивое здание в Акмолинске той поры, настоящая визитная карточка города.
Судьба этого архитектурного шедевра оказалась трагичной. В 1930 году советские власти закрыли мечеть и передали здание под окружной историко-краеведческий музей. В 1940 году святыню ждала еще более варварская перестройка: внутри бывших молельных залов установили чаны пивоваренного завода. А в 1970-х годах во время масштабной перепланировки и застройки центра Целинограда уникальный каменный храм окончательно снесли. Сегодня на этом перекрестке стоит обычная панельная многоэтажка.
Хотя революционный вихрь 1917 года полностью уничтожил купеческий капитал и прервал мирную жизнь семьи, плоды трудов Баймухамета Кощегулова оказались долговечнее политических систем. Прочные фабричные корпуса и медресе, построенные на его средства, еще много десятилетий служили городу. История этого человека доказывает, что настоящий успех измеряется не цифрами на банковских счетах, а тем реальным следом, который предприниматель оставляет в судьбе своего родного края.
— Богатство не испортило Баймухамета, потому что оно сразу превращалось в новые школы и поддержку нуждающихся горожан, — отмечает Людмила Сурхай. — Члены нашей семьи и краеведы просят, чтобы одной из улиц современной Астаны было присвоено имя Баймухамета Кощегулова, — говорит Людмила Сурхай.
Главному городу страны важно помнить тех, кто вкладывал в него душу, силы и средства, когда он был еще скромным Акмолинском. Появление такой улицы на карте столицы стало бы справедливым актом признания заслуг честного предпринимательства, выбравшего путь служения общественной пользе. Это нужно не ушедшим, это необходимо нам и нашим детям.
Жизнь Баймухамета Кощегулова оборвалась внезапно в августе 1918 года от эпидемии холеры. Он упокоился на старом мусульманском кладбище «Караоткель» и, к счастью, не увидел, как его процветающая фабрика была национализирована, а потомки подверглись притеснениям со стороны новой власти. Символично и трагично, что на том самом месте, где когда-то пахло кощегуловской карамелью и пряниками, в Астане был возведен памятник жертвам голодомора, словно соединив в одной точке темы еды и трагического голода.